— Вот мы и подошли к тому, почему Медведь изволит гневаться. Проста Скорджа нет в Фасорге. Он исчез, и мы понятия не имеем, куда и как. Две группы, что были отправлены по следам, исчезли вместе с ним. На эту встречу меня выдернули прямо из похода — я возглавляю третью поисковую группу.
— …
Я редко ругаюсь. Считаю, что отличительной особенностью разумного существа является способность подбирать легитимные слова в любых обстоятельствах, какими бы сложными они ни были. Но сейчас ничего кроме ругани мне в голову не шло. То, что сотворили родственники, заслуживало отдельного нецензурного упоминания.
— Как?! — я всё же нашёл в себе силы задать волнующий меня вопрос. — Лиара?
— Лег, мы не понимаем, каким образом это произошло. Прост как-то выбрался из дома, куда его поместили, спокойно дошёл до городских ворот, вышел, словно обычный горожанин, прошёл около сотни метров, после чего исчез. Ни следов, ни тела, вообще ничего. Учитель говорит, что он жив, но не может определить, где находится. Ёж не при делах — он искренне желает вернуть Проста.
— Время! Лег, оставайся в Лорипе! — успел произнести Баркс, прежде чем пространство закружилось, возвращая меня обратно в подземку Дерона.
Какое-то время я просидел в прострации, осмысливая услышанное. То, что в отношениях тотемов с красным туманом не всё просто, я знал и до этого. Но то, что только что произошло, вообще выбивалось из общей канвы логики. Понимая, что могу напроситься на неприятности, я всё же решился уточнить волнующий меня вопрос:
— Красный, я знаю, что ты меня слышишь. Объяснись. Иначе… Даже не знаю, что я сделаю. Что происходит? Почему западные тотемы так себя ведут?
— Почему ты не можешь на них влиять? Ведь это ты наделяешь их силой, контролируешь работу, даёшь поручения…
