– Капитан, не сомневаюсь, что такое большое судно, как «Уильям Биб», легко справится с парой волн.
Джонас начал терять терпение:
– Послушай, приятель, похоже, ты на минуточку забыл, что Диф в «Эбис глайдере» будет набрасывать на мега сеть, причем в штормовых условиях.
– Хватит! – воскликнул Марен. – Капитан, меня нанял «Геотек» для организации поимки акулы. И в чем я точно не нуждаюсь, так это в том, чтобы какой-то доморощенный палеобиолог со своим дружком-пилотом указывали мне, как делать мою работу. – (Джонас угрожающе двинулся к Марену.) – Что такое, ты снова мне угрожаешь? Ты ведь у нас крутой! Ну давай валяй! Только попробуй меня ударить – и, клянусь Богом, я засужу тебя по полной программе!
Джонас его ударил.
Марен упал навзничь, расплескав капучино по столу с картой. Парень с трудом поднялся, из носа у него сочилась кровь.
– Довольно, профессор! – зарычал капитан. – Доктор Марен, вы в порядке?
– Вы все свидетели, – прохрипел Марен, зажав нос, чтобы прекратить кровотечение.
– Можешь засудить меня, мелкий говнюк! Забирай все, что у меня есть…
Мак схватил Джонаса за руку, дав знак Дифу, чтобы тот придержал за другую:
– Да ладно тебе, Джонас. Пойдем лучше проветримся.
Мак с Дифом вывели Джонаса под руки на главную палубу. Все трое укрылись от резких порывов ветра, буквально рвавших одежду, под одной из спасательных лодок «Зодиак».
– Твою мать, Джонас! Кончай быковать! Не позволяй этому мелкому засранцу играть у тебя на нервах.
– Мак, дело не в нем. Мне кажется, я начинаю потихоньку сходить с ума.
– Ты просто смертельно устал. Тебе нужно как следует выспаться.
– Да, но я боюсь спать…
Мак схватил Джонаса за плечи:
– Слушай сюда. Ты знаешь, что нужно делать, и ты это сделаешь. А когда ты это сделаешь, ночные кошмары сразу пройдут. Ну а пока позволь этому специалисту по рыбкам сделать свою работу и поймать акулу. С его помощью мег окажется у тебя на прицеле, а там мы посмотрим, кто будет смеяться последним…
– Нет! – Джонас пригвоздил Мака взглядом; в ушах пронзительно свистел ветер. – Вы с Дифом… Ребята, я хочу, чтобы вы покинули судно.
– Ух ты! Не гони лошадей, приятель…
– Мак, послушай меня… Нам никогда не поймать этого монстра, ты понимаешь? Акула слишком большая. Она потопит судно и убьет всех, кто на борту. Это моя битва, не твоя. Парни, я хочу, чтобы вы свалили. Берите вертолет и…
– Он не в себе. Диф, хватай его под руку. Давай-ка затащим парня внутрь.
– Ты меня не слышишь! – Джонас оттолкнул Дифа.
Мак, перехватив инициативу, прижал друга к лебедке:
– А теперь послушай меня. Ты переутомился. Ты это понимаешь? Твой мозг истощен, и ты мелешь чепуху, как какая-нибудь сикильдявка. Предлагаю тебе два варианта на выбор. Или ты пойдешь с нами, чтобы хорошенько надраться, или я собственноручно тебя вырублю.
Джонас закрыл глаза:
– Мак, моя жизнь все равно проклята. Но я не хочу, чтобы вы оба тоже погибли.
– Твою мать, как это благородно с твоей стороны! – Мак потащил Джонаса внутрь. – А теперь, когда ты официально окрестил нашу экспедицию «Путешествием прóклятых», самое время хорошенько напиться.
А палубой выше Селеста, оставаясь незамеченной, внимательно прислушивалась к их разговору. Дождавшись, когда мужчины уйдут, она направилась в свою каюту.
Под серым утренним небом спасательное судно «Чинук» Береговой охраны США шло полным ходом навстречу пятнадцатифутовой белой стене разъяренных волн. Тем временем очередная гигантская волна с пробирающим до костей треском задрала нос судна, обрушив более двадцати тонн воды на команду из четырех человек.
Лейтенант Эрик Уисдом по прозвищу Большой Папочка, укрывшись за рулевой рубкой, с улыбкой смотрел, как курсанты Гири и Ричардсон отчаянно пытались противостоять непогоде. Оба были практикантами, проходящими в Береговой охране курс обучения спасательным операциям в штормовых условиях, причем тренировки проходили исключительно в водах мыса Дисаппойнтмент. Курсанты, в защитных шлемах и непромокаемой одежде, были привязаны страховочными тросами к стальному лееру, установленному за открытой рулевой рубкой. Сегодня должно было состояться первое знакомство курсантов с тем, что Большой Папочка называл стимулирующим волнением, и Мать-Природа благосклонно пошла на сотрудничество.
Порождаемые свирепыми тихоокеанскими циклонами, бушующие волны преодолевали тысячи миль открытого океана, находясь в пути неделю или больше, прежде чем обрушиться на северо-западное побережье. И уже на подходе к мысу Дисаппойнтмент мощные валы становились гигантской стеной бурного моря, сметающего все на своем пути. С начала XIX века более двух тысяч судов затонули в районе мыса Дисаппойнтмент, а потому воды у побережья штатов Орегон и Вашингтон приобрели дурную славу самых опасных в мире.
Большой Папочка, наклонившись вперед, прокричал капитану:
– Дикон, ну что мы имеем?
– Ветер – тридцать один узел, волны – тридцать три мили в час. Семь баллов по шкале Бофорта.
