ИССЛЕДОВАНИЯ (НА НЕОБИТАЕМЫХ ГЛУБОКОВОДНЫХ АППАРАТАХ): В 1993 году японский глубоководный робот «Кайко» был запущен на глубину 35 798 футов, после чего вышел из строя.
Терри просмотрела весь файл в поисках последнего упоминания развертывания системы ЮНИС.
Она со вздохом закрыла лэптоп, мысленно снова вернувшись к той лекции.
Терри Танака впервые встретилась с Джонасом Тейлором десять лет назад на симпозиуме в Сан-Франциско, спонсируемом Океанографическим институтом Танаки. Масао пригласил пилота глубоководных аппаратов ВМС рассказать о погружении в Пуэрториканский желоб. В то время Терри как раз окончила среднюю школу. Она помогала отцу в организации симпозиума: занималась заездом и размещением более семидесяти ученых со всего мира. Она заказала Джонасу билет и лично встретила его в аэропорту. Тогда она испытала первую юношескую влюбленность, с ходу влюбившись в атлетически сложенного бравого моряка.
Терри еще раз посмотрела на его фотографию в досье. Сегодня вечером Тейлору явно не хватало той уверенности, которой он покорил ее во время первого знакомства. Джонас Тейлор, ростом примерно шесть футов три дюйма, был по-прежнему в прекрасной физической форме и хорош собой. Правда, в уголках глаз появились новые морщинки, а темно-каштановые волосы поседели на висках. И что-то явно сломалось у него внутри.
Так что же все-таки произошло с этим человеком? И почему отец настаивал на встрече с ним? Будь на то воля Терри, она ни за что не стала бы привлекать Тейлора к проекту ЮНИС.
Джонас Тейлор, накрытый вместо одеяла пиджаком от костюма, проснулся на диване в кабинете. Где-то неподалеку лаяла собака. Джонас посмотрел на часы. 6:08.
Голова раскалывалась. Джонас медленно сел, случайно задев ногой полупустой кофейник. Коричневая жидкость залила бежевый ковер. Вокруг были разбросаны компьютерные распечатки из приемного лотка принтера. Джонас протер налитые кровью глаза и бросил взгляд на компьютер. На экране крутился скринсейвер. Пощелкав мышкой, Джонас открыл схему станции ЮНИС, и все сразу встало на свои места.
Собака больше не лаяла. Дом показался непривычно тихим. Джонас встал и прошел в супружескую спальню.
Мэгги там не было. Кровать осталась несмятой.
Терри Танака сразу засекла Джонаса, шедшего с парковки к взлетной полосе. И кинулась ему навстречу.
– Доброе утро, профессор, – сказала она, возможно, громче, чем следовало бы. – Как ваша голова?
– И не спрашивай. – Он перевесил дорожную сумку на другое плечо. – Пожалуйста, говори чуть-чуть тише и не называй меня профессором. Я для тебя Джонас или Ти Джей. Когда мне говорят «профессор», я сразу начинаю чувствовать себя древним стариком. – Он прищурился на ожидавший их самолет. – Вроде совсем маленький, а?
– Но не для «Бичкрафта».
Самолет был двухмоторным, с логотипом в виде кита и буквами «ОИТ» на фюзеляже. Джонас забрался внутрь, закинул сумку за кресло и огляделся:
– Ладно, а где пилот? – (Терри шутливо отдала ему честь.) – Ты? Не пойдет…
– Эй, только давайте без вашего шовинистического дерьма. Я лицензированный и квалифицированный пилот. И, к вашему сведению, летаю уже шесть лет. Если вам, конечно, от этого станет легче.
Джонас неловко кивнул. Ему явно не стало легче.
– Вы в порядке? – поинтересовалась Терри, увидев, что он не решается пристегнуть ремень безопасности. – Что-то у вас бледный вид.
– Гипогликемия.
– В маленьком холодильнике позади, возможно, есть пара яблок. А если вы пересядете назад – там больше места, – то сможете вытянуть ноги. Бумажные пакеты для страдающих воздушной болезнью в боковом кармане. – Терри невинно улыбнулась.
– Смейся, смейся.
– Честно сказать, никак не ожидала, что опытный глубоководный пилот вроде вас окажется таким неженкой.
– Твое дело управлять чертовым самолетом, вот и управляй. – Джонас не мог отвести глаз от индикаторов на панели управления.
В кабине самолета было тесновато, кресло второго пилота фактически прижато к ветровому стеклу. Джонас пошарил в поисках ручки, чтобы отодвинуть кресло назад.
– Простите, но кресло дальше не отодвигается.
У Джонаса внезапно пересохло в горле.
– Мне бы стакан воды.
Терри заметила его трясущиеся руки.
– За вашей спиной.
Джонас поднялся и протиснулся в задний отсек.
– В холодильнике есть пиво! – крикнула ему вслед Терри.
Джонас расстегнул сумку и, достав несессер, вынул оттуда аптечную склянку с маленькими желтыми таблетками.
Клаустрофобия. Именно такой диагноз поставил ему врач после того несчастного случая. Психосоматическая реакция на перенесенный стресс. От пилота глубоководного аппарата с клаустрофобией проку не больше, чем от прыгуна с вышки с головокружением. Две вещи, совершенно несовместные.
Джонас запил таблетки водой из бутылки. Посмотрел на дрожащие пальцы, закрыл глаза и сделал глубокий вдох. Когда он открыл глаза, руки уже больше не тряслись.
– Вы в порядке?
Он поднял глаза на Терри:
– Я же сказал. У меня все прекрасно.
