– Ладно. Но сделай все быстро. – Он обернулся ко мне. – Ты всегда хотел стать героем, Келлен. С самого детства ты мечтал стать великим воином-магом, который жертвует всем, спасая тех, кого любит. Полагаю, в душе ты до сих пор тот маленький мальчик. Так пусть это будет моим тебе подарком. Оставайся там, где ты есть и прими свою судьбу. Так ты спасешь тысячи и тысячи жизней.
Он снял с головы корону и повесил ее на деревянные руки подставки. Линии на карте медленно видоизменялись, проседая, пока не замерли в неподвижности. Красный маг указал на карту – и та влетела в его руку.
– Ты меня не скуешь, – сказала Нифения, снимая перчатки.
При виде обрубков ее утраченных пальцев у меня заныло сердце. Но Нифения уже творила магические жесты.
– Может, мне и недоступны все заклятия, но кое-что осталось, – сказала она. – Я скорее умру, чем позволю сковать мой разум.
– Да, – эхом отозвалась Фериус, вертя в пальцах стальные карты. – Я тоже терпеть не могу всяческие оковы.
Красный маг поднял руки.
– Я никого из вас не скую, – сказал он.
– Да? – спросил я.
Он покачал головой.
– Есть другой способ. Ты и женщина-аргоси позволите захватить вас в плен. А я возьму девушку с собой. Ее жизнь будет залогом вашего молчания, когда гитабрийцы придут за вами. Заключим договор. Клянусь: когда дело будет сделано, я увезу ее из этой страны и освобожу.
– Думаешь, я оставлю своих друзей? – сказала Нифения.
– Если нет, то ты еще глупее, чем выглядишь в этом нелепом наряде.
Она сделала шаг к красному магу. Ее пальцы сотворили магический жест заклятия огня. Впрочем, я сомневался, что оно пробьет его щит.
– Ты уже не раз делала неправильный выбор, Нифения. Прошу: не повторяй ошибку в очередной раз.
– Не повторит, – сказала Фериус, вставая между ними. – Он прав, девочка.
– Перестаньте называть меня «девочкой»! Вы же не называете Келлена «мальчиком»!
Сейчас это было, пожалуй, наименее актуальной проблемой, однако Фериус кивнула.
– Ты права… детка. – Она положила руки на плечи Нифении. – Но теперь будь умничкой. Мы с Келленом… следуем своим путем. И здесь он заканчивается.
Она кивнула мне – и я знал, что должен сказать.
– Пожалуйста, Ниф. Если мне суждено умереть, я хочу знать, что это было не напрасно. Кроме того, ты нужна Айшеку. Да и Рейчису тоже… Только по ночам прячь ценные вещи под подушку.
Несмотря на всю ее стойкость, которую я наблюдал за последние недели, Нифения, казалось, вот-вот сломается.
– Кем я буду, если позволю вам умереть из-за меня?
Фериус улыбнулась.
– Кем захочешь. Возможно, даже аргоси.
Она убрала руки с плеч Нифении и обняла ее. Это была неожиданная и странная ласка – учитывая, что эти двое никогда особо не ладили. Потому-то я и заметил, что Фериус запихнула в карман Нифении карту, изображающую механического дракона.
Со стороны леса донеслись звуки шагов. Ноги, обутые в тяжелые сапоги… Много ног.
– Пора, – сказал Нифении красный маг. – Ты пойдешь со мной – либо добровольно, либо нет.
Она выпустила Фериус из объятий, подбежала ко мне и поцеловала в щеку.
– Никаких прощаний, Келлен. Если мы и расстаемся, то ненадолго.
С этими словами Нифения направилась к красному магу. Он сделал несколько магических жестов обеими руками и произнес заклятие. Кажется, какая-то компиляция магии огня и шелка. Миг спустя оба исчезли с глаз. Мы с Фериус остались одни – ждать тайную полицию Гитабрии.
– Ты поступил очень храбро, малыш, – сказала она.
– Спасибо, – сказал я.
Вообще-то, до сего момента я полагал, что у Фериус есть в запасе какая-нибудь хитроумная уловка, чтобы спастись от преследователей. И она решила убрать Нифению с пути на тот маловероятный случай, если план не сработает.
Иногда я немного оптимистичнее, чем положено в реальной жизни.
На гребне холма появились с десяток мужчин и женщин. У некоторых были огненные копья, другие – обряжены в магические доспехи. Двое держали длинные шесты, каждый – с петлей на конце. Эти самые петли неприятно напоминали удавки.
Во главе отряда прибыла сервади Завера те Дразо. Она, бесспорно, была счастлива нас видеть.
– У тебя же есть план, да? – спросил я Фериус.
Аргоси опустилась на колени и заложила руки за голову.
– Нет.
– О…
Вот черт!
Я был прав насчет тех проволочных петель на шестах. В смысле – относительно их назначения.
– Черт возьми! – успел прохрипеть я, прежде чем мне перекрыли воздух.
Эти устройства были придуманы просто-таки гениально. Примерно на треть длины шеста проволока соединялась с бронзовым кольцом. Как только петля оказывалась на вашей шее, тот, кто держал шест, поворачивал кольцо, и петля затягивалась. А уж владелец шеста решал, в какой мере вам позволено дышать – если вообще позволено.
Кандалы, сковывающие наши запястья, были не менее затейливы. Браслеты, сплетенные из множества медных проволок, соединялись вместе небольшим стальным диском. С помощью некоего механического процесса, суть которого я не понял, в любой миг, когда вы пытались развести руки, проволока затягивалась, туго пережимая запястья.
Кажется, я начинал ненавидеть гитабрийское увлечение изобретениями.
