Кажется, я сказал что-то довольно неприятное, потому что парень, державший мой шест, изо всех сил дернул его. Меня поволокло по воздуху, а потом я упал на траву, задыхаясь и глядя в безоблачное небо. Послышался звук шагов Заверы, а потом в поле зрения вплыла и она сама. Она стояла надо мной, закрывая собой свет, словно какое-нибудь гневное божество берабесков, явившееся осудить и покарать меня.
Она развела руки в стороны, а потом — очень медленно — хлопнула в ладоши.
Арта превис — талант к восприятию. Он позволяет увидеть то, что не замечают другие. До этого момента в лесу под Казараном я никогда не демонстрировал особых успехов в плане арта превис.
«Приятно, что я успел продемонстрировать его Завере до того, как она прикончила меня», — подумал я.
Завера подошла вплотную и присела на корточки.
— Я в тебе ошибалась, — сказала она. — Впервые увидев тебя в той камере, в Нотия-Верасе, я недоумевала, почему аргоси сделала своим тейзаном неуклюжего, самовлюбленного мальчишку. Я подумала: может, это что-то вроде акта протеста с ее стороны. Идущие путем Полевой Ромашки очень любят потешаться над основами нашего обучения.
Она накрутила на палец прядь моих волос, а свободной рукой постучала меня по лбу.
— Но в этой головенке что-то есть. Недурной потенциал. Я могла бы сделать из тебя отличного шпиона.
— Ну так научи меня, — сказал я. — Даруй Фериус жизнь и, клянусь, я буду твоим.
Она приподняла бровь.
— Ты стал бы моим учеником?
— С этой минуты и до самой смерти.
Я не так уж сильно и солгал на самом деле. Потому что собирался — едва лишь освобожу руки — вытащить порошки и проделать в Завере дыру побольше той, что пробил в стене башни.
Она похлопала меня по щеке.
— Увы, твой арта туко работает так себе.
Наклонившись ближе, она прошептала мне на ухо:
— Ложь рождается в глазах. И глаза предали твои губы.
Предки! Неужели все аргоси так разговаривают?
Завера встала и отступила назад.
— Подними его, — приказала она одному из своих бойцов.
Мужчина повиновался. Он тянул шест, пока не вынудил меня встать на ноги — иначе проволока перерезала бы мне горло.
Завера вернулась к Фериус.
— Аргоси обманула тебя, тейзан Келлен фаль Ке.
Она подала знак человеку, держащему шест. Тот развернул Фериус спиной к Завере, и та ударила мою наставницу кулаком — туда, где находилась не до конца зажившая рана, полученная Фериус в пустыне.
— Нет! — крикнул я.
Все уловки, всякие арта туко, арта превис и иже с ними мгновенно позабылись, когда я понял, что собирается сделать Завера. Она хотела, чтобы мы поняли, кем она была. Хотела, чтобы Фериус узнала ее секрет. И это будет гораздо доходчивее, когда Завера примется избивать ее до смерти голыми руками.
— И аргоси обманули сами себя. Они думали, им хватит нескольких фокусов и хитрых уловок, чтобы предотвратить войну. — Завера с разворота ударила Фериус локтем. — И мир не должен принимать эту глупость за истину.
Третий удар Заверы был еще более жестоким, чем первые два. Ноги Фериус подогнулись. Теперь она висела на петле. Кровь пропитала ее рубашку.
— Ага, ну вот. Теперь недолго осталось. Следующий удар разорвет ей почку. Неприятный способ умереть, но заслуженный — будем честны. — Завера похлопала Фериус по плечу. — Знаешь, я следовала путем Ветра. Я нашла знаки. Но не в дискордансах. Ни в одной из этих нелепых карт не было ни капли правды. Она была в конкордансах. Во всей колоде. Я сказала другим аргоси. Предупредила их, что на континенте начнется большая война. Это был лишь вопрос времени.
Завера покачала головой.
— Я умоляла их принять меры!
— И что могли предпринять аргоси? — спросил я, отчаянно желая, чтобы она говорила дальше — вместо того чтобы бить Фериус. — Что они должны были, по-твоему, делать?
— Выбрать сторону, е-мое! — Завера резко указала в сторону города. — Гитабрийцы — добрый и благородный народ! Они лишь плавают за моря, чтобы изучать далекие земли. Исследуют. Изобретают. Ни разу с тех пор, как они прибыли на этот континент, они не напали на соседей. Но аргоси никогда не выбирают сторону!
Она сжала кулак и ударила Фериус в грудь.
— А я выбрала! Я решила быть с теми, что любит мир. Защищать их от арканократии джен-теп, и теократии Берабеска, и Дароменской империи. Манипуляторы и сумасшедшие. Разбойники и бандиты! — Она подняла голову к небу. — Когда наши железные драконы поднимутся над ними, когда ударят по их землям, уничтожат их дворцы, храмы и святилища — только тогда эти чокнутые вояки научатся любить мир!
Она повернулась к Фериус и занесла кулак.
— Скажи мне, где девушка. Я знаю, что вас было трое. И мне нужно еще ненадолго сохранить тайну драконов. Скажи, куда делась девчонка джен-теп, и я подарю тебе быструю смерть. Гораздо более милосердную, чем ты заслуживаешь.
Вот и весь гениальный план красного мага. Мне следовало понять, что это было глупо с самого начала. Разумеется, она знала о существовании Нифении и теперь понимала, что она представляет угрозу.
Фериус пробормотала что-то непонятное. Контрразведчица сгребла ее за плечо и повернула лицом к себе.
— Что ты сказала?
