Хотя письмо Магнуса произвело на Тессу неизгладимое впечатление – будто по венам побежал огонь, – она, пусть и с трудом, дотерпела до вечера, потом спокойно, как ей казалось, высидела ужин, ничем не выдав своих мучений. Софи невыносимо долго помогала ей раздеться, причесаться, разжечь камин, пересказывала сплетни за день. Двоюродный брат Сирила, работающий у Лайтвудов, сообщил, что Татьяна (сестра Габриэля и Гидеона) возвращается из свадебного путешествия, проведенного на континенте. Ее ждут со дня на день. Весь дом стоит вверх дном, потому как, говорят, характер у нее просто невозможный.
– Видать, дочь пошла в отца, – заметила Тесса. От едва скрываемого нетерпения голос сорвался, и ей с трудом удалось убедить Софи, что никакой целебный отвар из мяты ей не нужен, она просто устала и сон поможет ей куда лучше.
Едва Софи вышла за дверь, Тесса выскочила из постели, сбросила ночную рубашку и напялила платье, кое-как справившись со шнуровкой и набросив сверху короткую жакетку. Выглянув в коридор, она выскользнула из комнаты, на цыпочках подкралась к комнате Джема и тихонько постучала. Сперва никто не ответил, и Тесса решила, что он, наверное, уже лег спать, но тут дверь распахнулась, и на пороге возник Джем.
Он уже начал готовиться ко сну: снял ботинки и камзол, расстегнул ворот рубашки, серебристые волосы были в беспорядке. Ей захотелось пригладить их. Юноша удивился:
– Тесса?..
Без лишних слов она протянула ему письмо. Он взглянул в обе стороны коридора и жестом предложил пройти в комнату, затем, пока Тесса закрывала дверь, прочел письмо и смял в комок, бумага громко зашуршала.
– Я так и знал!
Теперь Тесса удивленно посмотрела на него.
– Что ты знал?
– Это не обычная отлучка. – Джем сел на край кровати и натянул ботинки. – Я почувствовал. Вот здесь… – Он прижал руку к груди. – Я знал, что-то не так. У меня тяжесть на сердце…
– Неужели он и правда что-нибудь с собой сделал?
– Сам – вряд ли, но вот влезть в такую переделку, где с ним что-то случится… – Джем поднялся. – Я должен идти.
– А как же я? Не вздумай искать Уилла один! – заявила Тесса, но Джем промолчал, и она напомнила ему: – Письмо-то пришло мне, а не тебе, Джеймс.
Он на миг прикрыл глаза, а потом взглянул на девушку, криво улыбаясь:
–
– Прости!..
– Ну что ты, мне нравится звук моего имени у тебя на устах.
На устах… Такое нежное и немного нескромное слово, почти как поцелуй! Казалось, оно вибрирует в воздухе, оба заметили это и замерли. Но ведь это Джем, недоуменно подумала Тесса. Джем, а не Уилл, один взгляд которого действует на нее как прикосновение пальцев к обнаженной коже…
– Ты права, – откашлявшись сказал Джем. – Магнус не написал бы тебе, если бы не хотел, чтобы ты тоже искала Уилла. Вероятно, он считает, что твой дар может пригодиться. В любом случае… – Он бросился к шкафу и распахнул дверцы настежь. – Жди меня в своей комнате, я быстро!
Не помня себя, девушка вернулась в свою комнату и прислонилась к двери. Лицо горело, будто она постояла у камина. Тесса и сама не заметила, когда вдруг стала считать эту комнату своей. Огромная, просторная спальня, окна с многочастными переплетами и горящими мягким светом колдовскими огнями – все это разительно отличалось от ее крошечной комнатки дома в Нью-Йорке. Там стояли дешевая дощатая кроватка с тонким одеялом и тумбочка, залитая воском свечи, при которой она читала ночи напролет. В оконных рамах зияли огромные щели, и зимой в них свистел ветер, а стекла дрожали от его порывов.
Раздался легкий стук, рассеявший ее задумчивость. Тесса открыла дверь и увидела на пороге Джема. Он был в полном одеянии Сумеречного охотника – черное пальто из плотной, похожей на кожу ткани, черные брюки, ботинки на толстой подошве. Приложив палец к губам, он жестом велел следовать за ним.
Тесса решила, что уже около десяти часов вечера, поскольку колдовские огни едва горели. Джем шел кружным путем, совсем не той дорогой, которая вела к парадному входу. Она поняла, где они, только дойдя до двери в конце длинного коридора. Там оказалась круглая площадка, значит, они внутри одной из готических башен, что стоят по обе стороны Института.
Джем толкнул дверь и позвал Тессу внутрь, потом закрыл и запер дверь на ключ, а ключ сунул обратно в карман:
– Это комната Уилла.
– Ну надо же. Никогда здесь не была. Признаться, я думала, что он спит вверх ногами, как летучая мышь!
Джем рассмеялся, подошел к письменному столу и начал рыться в бумагах, а Тесса стояла, озираясь по сторонам. Сердце учащенно билось, будто она увидела что-то, не предназначенное для чужих глаз: тайную, тщательно скрываемую часть Уилла. Она убеждала себя не глупить, ведь это всего лишь комната с такой же мебелью, как и везде в Институте. Да и беспорядок здесь был изрядный – скомканная постель, одежда на спинках стульев, чашки с недопитым чаем на тумбочке. И книги, книги повсюду – на тумбочке, на кровати, в стопках на полу, в два ряда на полках вдоль стен. Пока Джем что-то искал, Тесса направилась к полкам, с любопытством читая надписи на корешках.
