Уилл самодовольно ухмыльнулся, наслаждаясь произведенным эффектом:
– Понятия не имею. Кажется, я отрубился. Мне снился чудесный сон: прелестная девица, сбрасывающая с себя одежду…
Шарлотта побелела как полотно:
– Господи ты боже мой! Только бы Скотт не связался с Магистром! Сначала де Куинси, теперь оборотни – все наши союзники!.. В Соглашениях…
– Милая, все обойдется, – ласково сказал Генри. – Скотт не поведется на посулы Мортмэйна.
– Вероятно, тебе стоит присутствовать при нашем разговоре. Ведь формально ты – глава Института…
– Ну уж нет! – отпрянул Генри. – Дорогая, я вполне доверяю тебе, ведь ты у нас непревзойденная мастерица всяких там переговоров, а чем я смогу… К тому же мое новое изобретение разорвет эту механическую армию на куски! Вот только немного отладить бы…
Генри прямо-таки сиял от гордости. Шарлотта смерила его пронзительным взглядом, потом отодвинула стул, встала и молча вышла вон.
Уилл наблюдал за Генри из-под полуопущенных ресниц.
– Лишь бы никто не мешал тебе чертить круги, верно, Генри?
– О чем это ты? – удивился Генри.
– Он вспомнил Архимеда, – пояснил Джем, даже не глядя на Уилла. – Архимед чертил круги на песке, когда его город пал под натиском римлян. Он так увлекся своими чертежами, что даже не заметил солдата, ворвавшегося в сад. Его последними словами были: «Не мешайте мне чертить мои круги»… Конечно, он тогда был уже совсем старик.
– Ага, и не было у него ни жены, ни детей, – добавил Уилл и подмигнул Джему.
Джем сделал вид, что не заметил. Ни на кого не глядя, он встал и вышел вслед за Шарлоттой.
– Вот наказание! – воскликнула Джессамина. – Вы что, все сговорились сегодня? А у меня нет сил, чтобы ссориться и в бешенстве выбегать из комнаты.
Она сложила руки перед собой, опустила на них голову и закрыла глаза.
– Что я такого сделал? – Генри удивленно переводил взгляд с Уилла на Тессу.
– Да ничего, Генри, – вздохнула Тесса, – просто Шарлотта хотела, чтобы ты пошел
– Да? А почему же она ничего не сказала? – расстроился Генри. Радость от нового изобретения и вкусных яиц как ветром сдуло.
«Может, ему и не следовало жениться на Шарлотте, – грустно подумала Тесса. – Может, он был бы счастлив, если бы рисовал круги на песке, как Архимед».
– Женщины никогда не говорят, что думают, – заметил Уилл. Он посмотрел в сторону кухни, откуда доносился голос Бриджет.
Она мыла посуду и звонко распевала:
– Голову даю на отсечение, эта женщина раньше мародерствовала, а затем распевала о своих подвигах на Севен-Дайлз, – заявил Уилл, потом искоса взглянул на Тессу. – А почему ты еще не переоделась? Разве эти бравые безумцы Лайтвуды отменили сегодняшнюю тренировку?
– Тренировка будет, но переодеваться мне не надо – сегодня мы учимся метать ножи, – ответила Тесса.
Ей не верилось, что после вчерашнего она может вот так запросто разговаривать с Уиллом. Платок Сирила, испачканный кровью Уилла, она спрятала в ящик тумбочки. Вспомнив прикосновение его горячих пальцев и губ, она отвела взгляд.
– Как кстати, ведь в метании ножей мне нет равных! – обрадовался Уилл. Он поднялся и предложил девушке руку: – Пойдем, Гидеон и Габриэль просто взбесятся, увидев меня на тренировке. А немного бешенства мне сегодня не повредит.
Уилл оказался прав. Его присутствие на тренировке взбесило Габриэля, а вот Гидеон в свойственной ему манере отнесся к этому с полной невозмутимостью. Уилл сидел на одной из низеньких скамеек, стоявших вдоль стен, и грыз яблоко. Вытянув далеко вперед свои длинные ноги, он время от времени выдавал советы, которые Гидеон игнорировал, а Габриэль воспринимал как удар под дых.
– Зачем он здесь? – прорычал Габриэль, едва не выронив нож во второй раз. Он положил руку Тессе на плечо, показывая линию прицеливания и мишень, нарисованную на стене. Девушка представила, с каким удовольствием он метнул бы нож в Уилла, а не в маленькую черную точку. – Скажите ему, чтобы шел куда-нибудь в другое место.
Тесса пожала плечами:
– А почему именно я? Уилл – мой друг, а вы мне даже не симпатичны.
Она бросила и промазала на несколько футов, нож воткнулся в стену прямо у пола.
– Вы опять слишком низко целитесь… Что значит, я вам даже не симпатичен?! – удивленно воскликнул Габриэль, подавая ей следующий нож.
– Ну… – сказала Тесса, тщательно прицеливаясь, – вы сами ведете себя так, будто я вам неприятна. Более того, недвусмысленно показываете, что вам неприятны мы все.
– Вовсе нет! – возразил Габриэль. Потом ткнул пальцем в Уилла и сказал: – Мне неприятен только
– Да неужели? – Уилл смачно откусил яблоко и невинно осведомился: – Завидуешь моей неземной красоте?
– Помолчите оба, – попросил Гидеон. – Мы тут делом занимаемся, и хватит этих мелких дрязг столетней давности.
