Слабые царапины на камнях:
Чистый пол, отсутствие пыли или грязи:
Внезапно в тишине послышался странный шум. Я еще никогда не слышала ничего подобного. Резкий высокий звук, который, возможно, был неким подобием музыки.
Дилан, который стоял в стороне и увлеченно наблюдал за происходящим, вздрогнул. Его глаза широко распахнулись, и он начал шарить по жилету, затем по пальто, а затем, к его удивлению, из кармана вывалился гладкий «телефон» и упал прямо на пол. Дилан наклонился и схватил его, но к тому моменту шум уже прекратился.
– Боже мой! – он уставился на предмет, как будто никогда его раньше не видел.
Устройство ожило. На нем загорелся свет. Я находилась достаточно близко к тому месту, где на коленях стоял Дилан, поэтому сумела разглядеть крошечные слова на лицевой стороне устройства.
– У меня телефон ловит! У меня
– Что это? Что случилось? – спросила я.
Я оставила фонарик на полу, подобрала юбки и поднялась на ноги.
Было непонятно, о чем он говорил, но его эмоции – волнение, неверие и надежда – были очевидны. А теперь они уступили место отчаянию. Я никогда не видела человека с выражением такого глубокого недоумения, надежды и печали на лице.
– На минуту, – пояснил он, – на минуту я каким-то образом связался с будущим. Моим будущим.
Воцарилась тишина, и мы оба уставились на устройство.
Он тяжело сглотнул, а затем отвернулся. Его пальцы побелели, а челюсть двигалась из стороны в сторону.
– Я должен выяснить, как вернуться домой, – прошептал он. – Мои родители, должно быть, с ума сходят.
– Дилан… – начала я, пытаясь подобрать слова, которые никак не приходили мне в голову.
Я пыталась справиться с эмоциями, которые были мне незнакомы. Я не знала, как вести себя, и даже не понимала, как быть ему другом. Но в тот момент я
Я провела большую часть своей жизни, ощущая себя потерянной и чужой. Чрезмерно образованная и выдающаяся молодая девушка в мире, которым управляют мужчины. Дилан казался почти таким же потерянным, и мне хотелось ему помочь.
– Я сделаю все, что в моих силах, Дилан.
Он кивнул. Его красивое лицо было мрачным, а глаза – холодными.
И вдруг я сделала то, чего никогда раньше не делала и даже не представляла себе, что вообще на это способна. Я раскрыла руки и заключила его в объятия.
Не было никакой неловкости, не было неуклюжих слов, и щеки у меня не пылали. Он был теплым и живым, и я чувствовала печаль и отчаяние, исходящие от него.
– Спасибо, Мина, – проговорил он, и я почувствовала движение его подбородка у себя на плече.
И тогда внутри меня что-то дрогнуло, словно приоткрылась какая-то дверь.
Мисс Стокер
Мисс Стокер идет на охоту
На следующий день после «Бала Роз» мисс Холмс со мной не связалась. Как и в последующих два дня. Ее молчание меня особо не беспокоило. Я даже порадовалась тому, что могу отдохнуть от ее нравоучений.
Но когда наступил пятый день после нашего приключения с «Обществом Сехмет», а я так и не получила ни слова ни от нее, ни от Айрин Адлер, я несколько озадачилась. Какая досада…
Мисс Холмс, должно быть, дулась.
Я выместила свое раздражение на «механизированном наставнике мистера Джексона», обезглавливая его металлическое «я», что сопровождалось взрывом шестеренок. Я подняла измятый зубец, прежде чем на шум успела прийти Флоренс, и меня пронзила неприятная мысль.
Что, если из-за моей вспышки эмоций мисс Холмс оказалась в опасности, связанной с Анх и «Обществом Сехмет»? Что, если она не выходит со мной на связь, потому что с ней что-то случилось?
За себя я бы не переживала. Но мисс Холмс… Эта умная, но неловкая девушка излишне долго размышляла и просто не успевала действовать. Вероятно, она оказалась в ловушке.
Или, может быть, она все еще дулась на меня?
Я предположила, что будет лучше узнать наверняка.