Этой ночью в доме, вокруг озера, да и во всём Высоком Лесу установилась особая, чистая и торжественная тишина.
А ещё - этой ночью выпал первый снег.
Александр напрягся ещё раз - не мышцами, нет - чем-то таким в голове, что словно спало от рождения, но теперь оказалось разбужено упражнениями и неутомимыми стараниями Лючике да мастера Пенна. Неведомое, но хорошо ощущаемое нечто слегка согрело голову, в которой от натуги словно поселился целый рой гудящих пчёл… и маленькое пуховое пёрышко, на коем сосредоточил поток внимания взмокший старлей, отчётливо шевельнулось.
Шевельнулось! Вовсе не от надсадного дыхания или сквозняка! А от мысленного усилия человека! Ура! Правда, затраченных усилий с лихвой достало бы, чтобы собрать-разобрать носовую стойку шасси истребителя или протолкать легковушку эдак с километр - но всё же в занятиях наметился определённый прогресс. Как там сказал тот астронавт - маленький шаг для одного человека, но огромный скачок для всего человечества?
С другой стороны, Тиль просто беззастенчиво потешалась над багровым от натуги здоровенным доном. Ну да, ей проще, малявке, с её-то способностями - вон как её пёрышко порхает по всей комнате. И всё же, и всё же… стоило теперь признать откровенно, что магия вовсе не шарлатанство на потеху толпе и не жуткие обряды на полночных кладбищах. А следовательно, стоило круто пересмотреть прежние взгляды - колдовство вовсе не миф.
Реальность, суровая и неприглядная реальность. Правда, как весьма быстро выяснилось, со своими правилами и ограничениями. Например, закона сохранения энергии и массы, так лихо сформулированного незабвенным Михайлой Ломоносовым "ежели в одном месте чего убудет…", никто не отменял - просто к химической, электрической и прочим видам энергии добавилась и магическая.
"Ну и что с того?" - подумал старлей в каком-то весёлом и злом азарте. - "Мир перевернулся, что ли?"
Он огляделся. Да нет, вон он мир, стоит себе вокруг, такой же настоящий и реальный как прежде. Выпал снег, и в деревне пришла пора свадеб, например. А поскольку мастер Пенн вроде как исполняет обязанности здешнего лорда, то без его присутствия и отеческого благословения такие мероприятия, естественно, не проходят. И коль скоро здешние крестьяне горазды и работать, и гулять, то неудивительно, что едва проспавшийся после вчерашнего взъерошенный колдун с утра находился в откровенно раздражённом состоянии…
– Я спрашиваю - кто разбил мою любимую чашку? - лохматые брови старика угрожающе сошлись на переносице.
Высунув нос из толстенного фолианта, Тиль украдкой покосилась под стол. Флисси тут же состроил виноватую мордашку и жестами изобразил - дескать, ночью вымыл, да вот потом до посудной полки не дотянулся. А подлая чашка возьми да и выскользни из лапок…
– Да что за кавардак в доме творится? - голос вставшего не с той ноги колдуна уже стал опасно накаляться.
И тут девчушка елейным голоском поинтересовалась:
– Мастер Пенн, вы с утра колбасу ели?
Тот запнулся, миг-другой соображая. Зачем-то ухватился за животик, прислушался. Снова недоумённо воззрился на свою ученицу.
– Э-э, не помню. А к чему ты это про колбасу спросила? - во взгляде старика мелькнуло подозрение.
– Да так, - Тиль снова уткнулась в учебник. - Чтобы вы в себя пришли немного…
Несколько секунд царила напряжённая тишина, в течение которой Александр и обретающаяся подле него Лючике тихо давились со смеху, домовёнок в ужасе закрыл глаза и ушки лапками, а почтенный колдун то краснел, то бледнел попеременно.
– Ишь, умница выискалась… - пробурчал он, но даже отсюда, от стола было заметно, что старик улыбнулся. - Грамотно отвлекла, ничего не скажешь!
Наутро после теперь кажущихся просто кошмарным сном событий, когда Александр со своей ведьмой гуляли по первому снежку, всем естеством впитывая ни с чем не сравнимую чистоту и прелесть, до хмельной одури целуясь под величавой исполинской елью, их в Лесу и нашёл мастер Пенн.
Деликатно покашляв издали, старикан некоторое время помялся, разглядывая разрумянившиеся то ли от мороза, то ли ещё от чего лица, а затем заявил напрямик.
– Да оставайтесь на зиму, дон Александр и донья Лючике. Куда теперь, по снегу-то…
Получив вдобавок заверения, что его они нисколько не стеснят, и заниматься надо всем троим. Да и самому мастеру Пенну тоже, пришедшему в неистовый восторг после мимолётной фразы старлея "угол падения равен углу отражения". Опять же, давно таких хороших гостей дом не видал. И вообще, и в частности…
Переглянувшись, влюблённая парочка согласилась, что спешить им решительно некуда. Да и гостеприимство почтенного чародея не только весьма кстати, но и очень по душе им, соскучившимся по хорошим людям.
И вот Александр, добавив к фехтовальным упражнениям и учёбе ещё и уроки магии, вполголоса поинтересовался у тут же подлетевшего Гана (Бену для отличия повязали на хвостик зелёную ниточку бантиком, а братцу жёлтую):
– Эй, а керамика-фарфор для вас очень трудно?
