Шэйн лениво приоткрыл один глаз, и я сделала вид, что очень увлечена любованием бескрайним простором моря. И тут мой взгляд упал на Ворона, мрачно наблюдавшего за Юлией, купающейся в море. Сегодня друг был, как никогда молчалив и хмур. Мне пришла в голову гениальная (кто бы сомневался) идея. Я пристально посмотрела на Шэйна и он, почувствовав мой взгляд, открыл глаза и подозрительно насторожился.
— Что? — мрачно спросил он.
Глаза парня из темно-серых стали почти черными, напоминая осеннее небо перед грозой.
— Мужчина, руку вы мне не предлагаете, сердца у вас нет, дайте хоть на шее посижу.
Он обреченно цокнул языком и страдальчески закатил глаза. Моя пламенная речь не произвела должного эффекта.
— Чего ты хочешь? — устало спросил Шэйн, теряя надежду отвязаться от меня.
Я состроила самое жалостливое и просящее выражение лица, на которое только была способна. А способна я была на многое…
— У меня такое ощущение, что он никогда это не сделает, — ворчливо пробормотала я и отодвинула в сторону ветку, мешающую обзору.
Я и Шэйн уже больше часа находились в укрытии среди высоких декоративно подстриженных кустов, являющихся элементом декора уютного кафе в парке.
Идея, которая пришла мне на пляже была проста и банальна до невозможности — заказать Ворону и Юлии столик на двоих и дать возможность другу сделать предложение руки и сердца своей девушке в романтичной обстановке. Сначала Ворон отказался, но потом, вняв моим доводам, согласился. Если не сейчас, то когда еще?
И вот теперь я коварно наблюдала за своими друзьями из укромного места, нисколько не стыдясь своего бессовестного поведения. Просто лично хотелось убедиться, что Ворон не оплошает и не упустит своего счастья. О моем присутствии он, конечно же, не знал.
Шэйн стоял рядом, небрежно прислонившись к низкорослому дереву, и страдальчески терпел. Почему он со мной пошел, я не знала, но и отговаривать не стала, наоборот, была очень даже этому рада. Втайне.
— Катерина, тебе не кажется, что мы ведем себя по-детски? — хмуро произнес он, недовольно наблюдая, как я нервно щелкаю семечки.
Столик в этом кафе помог заказать Шэйн по моей слезной просьбе. А по дороге сюда я (о, счастье!) купила огромный кулек отборных семечек. За время ожидания и вынужденного шпионажа я выщелкала большую часть семечек и пространство вокруг меня было обильно покрыто шелухой.
— Перестань есть эту дрянь, — брезгливо сморщился парень.
— Не могу, я волнуюсь, а когда я волнуюсь, ем семечки, — отстраненно ответила я, наблюдая, как Ворон встал и, взяв Юлию за обе руки, приготовился произнести самые важные слова в своей жизни.
Я затаила дыхание, невольно поддавшись вперед. Их столик находился ближе всех к нашему укрытию и мы хорошо слышали о чем они говорят. К тому же кроме них за столиками никого больше не было. Неужели, этот хитрец арендовал все кафе? Надо будет потом у него уточнить.
Между тем Ворон, заикаясь и путаясь в словах, произнес длинную и витиеватую речь, заклякнув в самый ответственный момент.
Мои нервы были на взводе, а терпение на пределе.
— Да поцелуй же ты ее, наконец! — громко крикнула я, не выдержав и, запоздало зажала себе рот, осознав, что натворила.
Повисла нехорошая тишина. Я испуганно присела на корточки и начала нервно щелкать семечки. Шэйн закрыл лицо рукой. Его плечи мелко дрожали. Я дала ему отличный повод и тему для издевательств.
— И что мы тут делаем? — раздался над головой ехидный голос Ворона.
Я подняла голову и увидела, что сквозь раздвинутые ветки на меня смотрят Юлия и Ворон. У обоих лица добрые-предобрые.
— Видите ли, — сбивчиво начала объяснять я, придумывая на ходу, — мы тут с Шэйном гуляли мимо. А ему вдруг захотелось… по нужде захотелось. Я ему говорю: «Вон, какие кустики подходящие», а ему одному скучно было и он… меня на карауле постоять попросил. Вот.
На Шэйна я старалась не смотреть, хотя кожей чувствовала исходящее от него зловещие флюиды.
— И давно вы тут? — Ворон страдальчески хмыкнул.
— Только что пришли.
— Значит, эту гору скорлупы от семечек ветром надуло? — и он кивнул на видимые следы моей преступной деятельности.
— Конечно! — нагло соврала я.
— Диченко, ты неисправима! — беззлобно пробурчал он, махнув на меня рукой.
— Что там я… Вы поцеловались?
Вместо ответа счастливая подруга показала мне правую руку с обручальным кольцом на безымянном пальце.
— Так, что Катьку быть не будут? — послышался разочарованный голос и из кустов напротив вылез хитро ухмыляющийся Азарий.
Я прыснула со смеха. И этот туда же! Шпионы…
— Экзекуция переносится на более позднее время, — зловеще ответил вместо Ворона Шэйн и вплотную подошел ко мне.
Я подняла на него полный вины взгляд.
— Тебе не стыдно?
— Стыдно, но отложи свою месть на потом. Я так долго ждала этого момента.
— Учти, я злопамятный, — мрачно предупредил Шэйн, хищно улыбнувшись уголками губ.
— Я милостиво разрешаю тебе придумать для мня самую страшную кару.
Мне не было страшно. Я знала, что он не сердится.
— Готовься, она неминуемо тебя настигнет.
— Ребята, хватит ссориться! — звонко крикнула Юлия, счастливым голоском. — Пойдемте лучше праздновать.
