— Надеюсь, нет. Одна вампирша хотела выпить содержимое чаши, но ей вовремя помешали. Я отправила ее к Багиру. Шеверов и мертвого подымит. Если что он ей поможет.
— А ты не подумала, что он может не обрадоваться визиту вампиров? Не боишься услышать от него… слова несогласия?
Тактичная Юля не смогла сказать иначе.
— Намекаешь на то, что он будет ругаться?
Подруга активно закивала головой, а я впервые об этом серьезно задумалась. Очень серьезно. Багирыч единственный, кто знает правду о смерти моего деда. Знает, что убийца вампир. Но и я знаю Шеверова. Он не тот, кто отказывает в помощи только из-за личной неприязни. Думаю, он не станет меня ругать.
— Юль, спасибо тебе большое за работу, — искренне поблагодарила я подругу. — Теперь моя очередь поработать.
Работа по замене и возвращению камней на свои места предстояла долгая, кропотливая, требующая точности и абсолютной сосредоточенности. Благо инструменты были со мной, и я могла спокойно приступить к обязанностям механика. Это заняло часа три — три с половиной. Самым страшным было — поцарапать камень. Мне и за пять полных жизней за него не расплатиться, а тут четыре штуки нужно вытащить, проверить и закрепить на своих местах.
— Все, — облегченно сказала я, вставая из-за стола и до хруста разминая затекшую спину. — Я молодец.
— Ты в этом уверенна? — скептически спросила Юля, не поднимая головы от книги.
Все это время, что я работала над Аквирэ, подруга читала какой-то суперпопулярный детектив.
— В том, что я все сделала правильно?
— В том, что ты молодец, — хихикнула она и закрылась от меня подушкой.
— Давай ее проверим? — ничуть не обидевшись на шутку подруги, предложила я.
— Чашу? А на ком?
— Эх, жалко здесь Берской нет или Владлена, — мечтательно сказала я. — Вот бы провести над ними парочку опытов.
— Маньячка! — наигранно испугалась она и со вздохом добавила: — И, правда, жаль.
Мы, конечно, могли еще помечтать о списке предполагаемых жертв двух юных «добродушных» созданий, но пресловутое женское любопытство пересилило, и мы начали проводить эксперимент на чем было. А было у нас: чаша волшебная — одна штука; горшок с геранью — одна штука; стакан с простой водой — одна штука; неугомонные экспериментаторши — две штуки.
Мы вылили обычную воду в чашу и в ожидании затаили дыхание. Ни бурления, ни плеска воды со зловещим шипением, ни даже изменения цвета не произошло. Ничего, что так любят описывать маги в своих рассказах. Я не видела никаких изменений.
— Юль, отломи лист у герани, только не полностью.
Подруга надломила листочек, и я незамедлительно полила на него из чаши. Упав на цветок, вода чуть засветилась серебристым цветом и на наших глазах, листик мгновенно сросся, а сам цветок вырос в два раза больше и пышно зацвел.
— Поздравляю вас, коллега, — торжественно сказала я, пожимая подруге руку. — Ваше имя войдет в историю.
— А твое? — наивно уточнила она.
— Мое охрана не пропустит, — с очень серьезной миной ответила я.
— Катька! Когда ты уже нашутишься?
— Когда меня вперед ногами выносить будут, и то я встану и расскажу на посошок анекдот или забавный случай из жизни.
— Это будет твое последнее напутствие для потомков?
— Нет. Приветственная речь для загробного мира.
Смех смехом, но с чашей мы провозились весьма долго. До вечера. Часы показывали без четверти семь. За окном стемнело и давно властвовала тьма.
На удивление усталости я не чувствовала, скорее нервное возбуждение и предчувствие чего-то такого тревожного… Не могу подобрать слов.
— Кать, а ты сегодня ела? — заботливо заглядывая мне в лицо, спросила Юля.
— Нет, не ела и тебя без обеда оставила, — я виновато понурила плечи.
— Ничего страшного, у меня был плотный завтрак. Кстати, ты пропустила т-а-к-у-ю экскурсию. Великолепный дом, — в восторге сказала она. — Здесь даже есть огромный зимний сад. В нем сейчас яблони цветут! Представляешь?!
— Представляю, — без особого энтузиазма ответила я. — Ты лучше Ворону позвони, а то он волнуется.
Я положила часы на стол и пошла в свою комнату. Критическое рассматривание отражения в зеркале не подняло мне настроения. Бледное лицо, расширенные зрачки, хмурый взгляд ярко свидетельствовали о недосыпании, недомогании и нервном утомлении.
— Хороша, ничего не скажешь, — мрачно пробурчала я, расчесывая волосы.
Еще пара дней такой работы и место под яблонькой станет для меня постоянным местом жительства.
Раздался стук в дверь и после разрешения войти в комнату вошел слуга и, поклонившись, сообщил, что через полчаса нас всех ждут в зале совещаний. Именно в том, в котором нас собирали сегодня утром.
Не став изощряться над своим внешним видом, я просто подправила макияж, оставив волосы распущенными (пусть завидуют) и, подождав Юлю, вместе с ней направилась в зал совещаний.
