— Туман! — крикнули несколько голосов одновременно.
— Да иду, иду, не орите!
И он спрыгнул на землю из прицепа. Весь в плёнке, грязнющий какой-то, в пыли, опилках.
Мы, прям, шарахнулись от него. А ему было всё равно, я давно его таким довольным не видел.
— Мужики, — обратился к нам всем Туман, — слёзно вас прошу. Там стоит Харлей V-ROD хромированный, — показал он пальцем на фуру, — он мой. Саша, плачу любые бабки, только он мой, пожалуйста. Готов работать за еду, только моцик мой.
— Ладно-ладно, дружище, — как-то я волноваться за Тумана начал, — твой, твой! Да мужики?
— Да ради бога, пусть забирает, конечно, мы не против! — тут же услышали мы голоса ребят.
— Спасибо, парни, и тебе спасибо, — поднял руки к небу Туман.
Все опять заржали.
— В прицепе одиннадцать мотоциклов, — начал говорить Туман. — Все новые чопперы и к ним приблуда всякая в ящиках. В два этажа стоят в ящиках специальных для перевозки, надо погрузчик внутрь загонять, так не разгрузим.
— По-русски объясни, — крикнули ему из толпы, — что за мотоциклы? Я в них не понимаю ничего.
— Я тоже, — очередной голос.
— Ну, это такие, — начал он объяснять, — на них байкеры американские ездят в фильмах. Все же фильмы смотрели?
— Ясно тогда, — выдохнули бойцы.
— Давай уже разгружать-то! — крикнул ему сидящий за рулём погрузчика дядя Паша.
Когда началась разгрузка, и первые мотоциклы в деревянных ящиках стали аккуратно ставить на землю, честно, я снял шляпу перед этой техникой. Красавцы! Я даже не знал, какие слова подобрать. Один красивее другого! А когда нетерпеливый Туман начал с помощью монтировки и такой- то матери их распаковывать, я, не выдержав, взял монтировку и присоединился к этому процессу. Да и ребятки наши тоже времени даром не теряли. Тут и там раздавались восхищённые возгласы, люди просто наслаждались красотой этих аппаратов. Треск от ломаемых ящиков и срываемой плёнки стоял на весь двор. А посмотреть действительно было на что. Хромированные полностью, либо полностью чёрные, какие-то на литых дисках, какие-то на спицах. Но смотрелись они, конечно, на миллион долларов.
— Охренеть, конечно! — выдал стоящий рядом Апрель, когда мы выгрузили и распаковали все мотоциклы.
Мы их ещё в ряд все поставили, и они стояли, блестели на солнце. Сбежались все, даже наши девушки из столовой, и те пришли посмотреть на этих красавцев.
— Вот это мужчины! — восхищённо сказала Люда.
— Да, мы такие! — радостно подтвердил Леший.
— Да я не про вас, — махнула она на него рукой, — я про них, — показала она на мотоциклы.
Все снова засмеялись.
— Вот он, мой красавчик! — не выдержав, подошёл Туман к своему мотоциклу.
Мне, может, конечно, и показалось, но его Харлей точно был самым красивым. Он был единственным из всех с огромным задним колесом, такой вогнутый ближе к земле, что ли, литой весь, практически весь в хроме. Ну, хорош, очень красивый.
— Всегда о таком мечтал, — садясь за руль, продолжал наслаждаться им Туман.
— Заводи, — сказал я.
Туману не надо было два раза повторять. Он постучал по баку, потом покачал мотоцикл немного из стороны в сторону, быстро с него слез, проверил какие-то жидкости, кивнул удовлетворённо головой и, сказав "с Богом", нажал на кнопку стартёра. Крутанув пару раз стартёром, движок завёлся.
О, этот звук, я всегда им наслаждался! Самые яркие впечатления на меня такой звук произвел, когда я первый раз смотрел фильм Терминатор с Арнольдом. Когда он из кафе вышел, отобрав у байкера одежду, ботинки и мотоцикл, потом отобрал у мужика ружьё на крыльце и, сев на мотоцикл, дал ему полный газ. Вот точно такой же звук был у этого, уже Тумана мотоцикла. Только там было в телевизоре, а тут вживую. Мне очень понравилось. Туман сидел довольный, как дитя, на мотоцикле и потихоньку газовал. Бойцы начали свистеть и хлопать в ладоши. Туман добавил ещё газку, шум от толпы усилился тоже. Ну что я могу сказать? Вещь, сумасшедшее наслаждение! Даже я, человек, который всегда был далёк от такой техники, и то стоял и наслаждался и видом, и звуком работы двигателя. Мне, прям, самому такой себе захотелось, но, с другой стороны, я понимал, что он мне не нужен.
— Каждый из этих мотоциклов там, — указав пальцем куда-то за спину, сказал стоящий рядом со мной Андрей, — стоил, как хорошая иномарка. Они очень дорогие, и позволить такие себе могли только очень обеспеченные люди, тем более, новый. Как бы из-за них ругани не было.
— Оценим и с торгов продадим, — ответил я. — Можно и сегодня же торги сделать, чтобы долго не ждать.
— Так до зарплаты далеко ещё? — удивился Андрей.
— Ну, машины-то не все себе купили, у кого-то деньги есть наверняка, да и рассрочку сделаем. Чё, стоять что ли они будут просто так? Крот! — как можно громче крикнул я, увидав его в толпе.
— Торги? — тут же откликнулся он, видимо сообразив про них так же, как и я. — Сегодня в шесть?
Я только головой кивнул.
— Туман, — обратился я к нему, — с тебя оценка всей этой двухколёсной техники. Этот, твой, тоже оценишь.
— Спасибо, — радостно заулыбался он на нём, — всё сделаю. Я поеду, прокачусь.
— Шлем одень, рокер! — крикнул ему кто-то.
