— Через сколько он вернётся? – спросил Грач уже у Ката, который как раз слез со своего Идату и стал снимать с его боков сумки. После этого трое Страусов разбрелись по небольшой полянке и стали щипать траву.
— До темноты должен, – ответил Ката, – вон там родник, – показал он рукой, – я тут бывал.
Пока дожидались возвращения отца мальчика и этого Тула со Страусами, разбили небольшой лагерь. Ката заверил, что тут никого из посторонних не бывает, места очень глухие. Мушкетёры тут же стали разделывать туши убитых Оленей, кто-то – разводить костры и готовить вертела, кто-то – устанавливать палатки, кто-то – рубить деревья, чтобы срубить с них ветки, положить около костров – сидеть на них. Вездеход, по совету Гулы, загнали между двумя большими валунами и замаскировали ветками.
— Грач, может всё-таки оставить тут пару ребят около вездехода? – негромко спросил у него Крот, – всё-таки, это наши колёса.
— Нет смысла, – вздохнул Грач, – если им нужно будет, они его и так захватят, двое, трое наших тут будут – сомнут.
— Не веришь им?
— Скажем так – до конца не доверяю, мы уже один раз доверились в мире Динозавров, так что теперь держимся вместе.
— Не думаю я, что они нам враги, – покачал головой Крот наблюдая, как Котлета снова кормит Бульона, а ещё несколько их ребят наглаживают других Страусов.
— Я тоже, но будьте начеку. Приведут нас к этой деревне, посмотрим, как они там себя поведут. Юпу и Полукеду скажи, чтобы чуйку свою постоянно включённой держали, да и пару секретов сделай.
— Добро, – кивнул Крот, – Чуба и Ватари отправлю метров за сто от лагеря, потом сменим их.
Пока разбивали лагерь и готовили есть, Ката объяснял бойцам, как нужно управлять и сидеть на Идату, оказалось, ничего сложного, то же самое, что и на лошадях. Конечно, наездниками больше половины ребят не были, но тут выбора не было – хочешь, не хочешь, а верхом ехать нужно.
Некоторые из ребят даже попробовали прокатиться на страусах, животные оказались на удивление послушными и покладистыми. Даже понимая, что наездник неопытный, они его не скидывали, только фыркали и что-то пищали на свой лад.
— Там много страусов, – внезапно произнёс Полукед, показывая рукой в сторону леса, когда ребята, накатавшись и наевшись, сидели около нескольких костров.
— Дозор, что у вас? – тут же взялся за рацию Грач.
— У меня чисто, – прошептала рация голосом Колючего, который сидел в качестве часового недалеко от лагеря.
— Вижу Гаса и с ним много страусов, – следом за Колючим ответил Упырь.
Все ребята как по команде поднялись со своих мест в ожидании Гаса и страусов. Через минуту из леса вышел небольшой караван.
— Двадцать пять, – насчитал Док.
— Извините, больше не было, – услышав Дока, ответил Гас, – эти лучшие.
Он действительно привёл сюда двадцать пять страусов, каждый из них был с седлом, стременами и поводьями. Чтобы не разбежались, их поводья привязали к впереди идущему Идату, так большой цепочкой они и шли.
— Мой этот, – тут же спохватился Паштет и первым подбежал к серому страусу.
Идату расхватали меньше чем за минуту. Каждый из ребят тут же стал наглаживать немного обалдевших животных, а кое-кто из них еще и угостил едой. Вон, Одуван с Мамулей уже сунули под нос свои тарелки с похлёбкой.
— Вот же мушкетёры головастые, – крякнул Большой, наливая половником в свою тарелку супа – похлёбку специально для Идату приготовили, теперь эти птички точно наши будут.
— Бульон, отойди, я тебя уже кормил, – раздался над лагерем голос Котлеты, – да отойди ты! Вот же засранец, такой маленький и куда в тебя только лезет.
— Всё нормально прошло? – спросил Грач у Гула, – вопросы не задавали? Куда столько, и так далее?
— Нет, – отрицательно покачал головой отец мальчика, – спасибо, – это Лит протянул ему тарелку с едой, для него специально оставили. Для страусов приготовили другую порцию.
— Я же говорю, он мне должен, – продолжил Гула, начав есть, – только не спрашивайте, за что, должен и всё.
— Добро, – ответил Грач.
— Вы лучше все, пока время есть, покатайтесь на своих Идату, привыкните к ним, а они к вам.
— Да мы уже сегодня пробовали, – немного сморщился, отвечая Грач.
— Жёстко? – улыбнулся Гула, поняв Грача.
— Ну да, есть немного.
— Ничего, привыкнете, катайтесь.
Следующие пару часов до темноты, ребята катались и привыкали к Идату. Некоторые из бойцов даже умудрялись развить на птицах хорошую скорость, кто-то падал под дружный смех. Но с грехом пополам, в седлах держались все, кто-то дольше, кто-то меньше.
Даже здоровяки, Большой и Иван, и те, катались на Идату, им Гула привёл двух, прям здоровых птиц, чтобы те выдержали вес ребят.
— Всю задницу отбил, – пожаловался Иван слезая со страуса и в раскоряку идя к костру.
— Это тебе Вань, не на твоей Секвойе ездить, – засмеялся Крот, – или на Ролсе, вон смотри как Колючий вжигает.
— Пацаны, смотрите! – прокричал Колючий, проезжая мимо них на несущемся во весь опор Идату.
— Не, – сморщился Иван, – если я с такой скоростью на своём поеду, у него точно хребет сломается. А птичка хорошая, – здоровяк заулыбался, – башкой трётся всё время, как Бульон об Котлету.
