Первым вошёл Игорь, за ним — мужчина в спецовке, высокого роста, обычного телосложения.
— Вот, это он, — показал мне на него рукой Игорь. — Я не объяснял ему ничего, некогда было.
— Александр, — протянул я ему руку.
— Вадим Евгеньевич.
— Дима.
Для начала, я обрисовал ему нашу задачу, рассказал о поездке в оазис и открытии месторождения блюра. И подробно ему разжевал, как и для чего мы этот блюр будем использовать, и для чего нам нужен сам Вадим Евгеньевич. Наш разговор с ним получился коротким, но плодотворным. Вадим Евгеньевич произвёл на меня впечатление специалиста, который очень хорошо знает всю изнанку по добыче. Он поведал нам простым языком, безо всяких специальных терминов, о технологии добычи нефти. Я предложил Вадиму Евгеньевичу возглавить работы по нефтедобыче и оценить потенциальные запасы блюра, ведь размеры лужицы не дают никакого представления о внутренних залежах. Сколько его там? Тонна или миллион тонн? Никто не знает, а оборудования для квалифицированной геологоразведки никто пока не видел на складах в облаке. Хотя… Возможно, кто-то из добытчиков и видел, но не понял назначения. Надо будет организовать поиски спецоборудования и привлечь к ним вновь обретённого специалиста. Что мы имеем? блюровая лужа есть, но он не бьёт фонтаном. Бурить придётся, я это и сам понимал, а Вадим Евгеньевич подтвердил мои соображения.
— Вот уж не думал, что вернусь к своей родной специальности здесь. Спасибо за предложение. Буду рад оправдать ваши ожидания, Александр.
— Спасибо, что не отказались! С сегодняшнего дня я освобождаю вас от текущей работы. Игорь, перевод сделай.
— Не вопрос, — кивнул тот головой.
— Ваша зарплата увеличится значительно, позже определим её размер. Подсчитайте, сколько вам необходимо помощников и где их можно найти в городе. И какой специализации. Безопасностью, охраной, жильём и всем необходимым мы вас на новом месте обеспечим. Думаю, что просто огородим территорию добычи, поставим часовых, прожекторы и напишем: «Стой, запретная зона, стреляем без предупреждения».
— Настолько хороша нефть? — с интересом спросил наш нефтяник.
— Очень и очень, — ответил я ему. — Потом вам Игорь расскажет результаты наших испытаний. Итак, с чего начнём?
Вадим Евгеньевич некоторое время подумал, а потом сказал.
— Глубина бурения пока неизвестна, но, скорее всего, неглубоко, не более ста-двухсот метров. На сегодняшний день очевидно одно — как минимум, необходимо установить штанговый глубинный насос-качалку, провести отгрузку первых автоцистерн блюра и смотреть на скорость наполнения. Косвенным образом будет возможно оценить возможные размеры месторождения. Если блюр будет «идти» тяжело, понадобится пробуриться очень глубоко и установить электрические глубинные насосы. Кстати, как там с электричеством?
— Проблем не будет, — заверил я его.
Хорошо, что вчера на нашем собрании я сказал дяде Паше заказывать, как можно больше кабеля. По грубым прикидкам, только его нам надо километров сто точно. К заводу в Старый город тянуть и на добычу блюра, только туда столько кабеля надо. Вот пусть производство, которое занимается его выпуском, работает хоть круглосуточно, но обеспечит нам необходимое количество. А сегодня с утра, знаю точно, Туман отправил Карася и Игната, которые влились в нашу команду, на склады в облако за всякими штуками для электричества: щитками, лампами, розетками, выключателями. Нам этого добра тоже много надо. Сначала сами постараемся привезти, а что не найдём, уже Виктор будет покупать.
— «Качалку», — пояснил Вадим Евгеньевич, — легко сделать из стандартного материала — металлопрофиля, тросов, труб. Для бурения нам понадобиться бурильная установка, — сказал он и уставился на нас.
— Туман, — снова взялся я за рацию.
— На связи.
— Зайди на пять сек, если не занят.
— Десять минут, и я у тебя.
— Что вам надо ещё? — спросил я у него. — Оборудование? Люди? Сарай там какой, бочки?
— Дайте мне время до вечера. Подумаю и предоставлю все расчеты по людям и оборудованию.
— Хорошо, — кивнул я, — тогда вечером жду от вас информацию.
— Я могу увидеть образец блюра? Надо понимать его физические свойства — вязкость, сжимаемость, температуру горения. Он же отличается от нефти?
— Вадим Евгеньевич, я ничего не знаю ни о свойствах нефти, ни, тем более, о блюре. Но вам всё могут рассказать наши «первооткрыватели». Тут у нас, к сожалению, образца нет, всё на испытания ушло. Скажу вам только, что он голубого цвета. Через несколько дней мы поедем назад в оазис, там я вас познакомлю с профессором, который открыл блюр. Вот там уже и насмотритесь на него.
