— Ага, — улыбнулся он, — работаем вовсю. Причал уже практически готов, — показал он мне рукой на забитые толстые трубы в воде и на берегу. Несколько мужчин делали настил. — Вон, уже начали понтон собирать, — снова показал он рукой на кучу людей, которые тащили большой лист железа немного в сторону, — через недельку будет готов.
— Катер когда будем вытаскивать? — спросил я у него.
— Да хоть сейчас, — пожал он плечами, — людей полно, оружия тоже. Прицеп, вон, стоит, — кивнул он на огромный, сделанный уже тут прицеп, у нас там таких не было.
— Ух ты! — поразился я его размерам.
— Ага, сварили здесь. Колёса, вон, видишь, от грузовиков. Мы же для этого Селю на американце и забрали из сервиса, когда на Наваре приезжали. На нём всё и привезли.
— Ну, тогда давайте завтра с утра и поедем за катером первым, соберём бойцов только. Пострелять, думаю, в любом случае придётся. Заодно и посмотрим, что там за зверюшки обитают. Как река-то, безопасна? Смотрели её?
— Да, нормально всё, — кивнул он головой. — И наблюдали, и гранаты кидали, и кровь в воду пускали, и куски мяса кидали, думали, что по-любому, если крупные хищники есть, подплывут. Нет там никого крупного. Пару дней смотрели. Так что всё спокойно, вытаскиваем катер, ремонтируем и дальше, на разведку. А вот в самом облаке не понятно, что с водоплавающими. Но катер этот, Соболь который, нам надо будет завтра вытащить обязательно. Уж очень аппарат хороший.
— Ладно, завтра разберёмся — махнул я рукой. — Кстати, скажи мне пожалуйста. А как мы будем всё перевозить на острова? На катере то мы не увезём ничего. Нужна баржа или что-то типа неё.
— Ха, — усмехнулся Риф, — мы сегодня там баржу рассмотрели. Она недалеко от катера полузатопленная стоит, её также можно на берег лебёдкой вытащить.
— Что за баржа-то? — с интересом спросил я.
— Тип «Славянка». Самоходная баржа, однопалубное судно-площадка, с баком, квартердеком, надстройкой и рубкой, мотор в корме, дизелёк. Скорее всего, ему хана, так что от грузовика надо будет ставить мотор. В принципе, на «Соболе», скорее всего, тоже.
— Это да, — согласился я с ним.
— Предназначена она для перевозки насыпных, лесных грузов и контейнеров. Очень юрка и хорошо управляется на воде, на ней можно даже по морю ходить, правда недалеко от берега. И осадка у неё при полной загрузке менее метра, к любому берегу можем подойти, плюс у неё аппарель в носовой части, как у десантных кораблей. По ней машины легко могут съезжать и заезжать. И лебёдка у неё своя ещё есть, затаскивать, что хочешь, на неё можно.
— Прям воровайка какая, — улыбнулся я.
— Что такое воровайка? — не поняв, спросил Риф.
— Эвакуаторы помнишь, как выглядят?
— Конечно.
— Вот, — продолжил я, — только подъёмник немножко другой формы, сразу за кабиной такая маленькая стрела и кузов.
— А, точно — сообразил Риф — видел такие.
— Вот их и зовут воровайками — подъехал, сам себе погрузил и уехал. Так и баржа твоя, только без стрелы — подплыл, аппарель откинул, лебёдкой затащил и поплыл дальше. Правда, на воде это всё по-другому, конечно, но смысл ты понял. Сколько такая баржа перевозить груза может?
— До сорока тонн легко, — ответил Риф, — у неё кран свой небольшой. Три с половиной тонны может поднять.
— Круто! — обрадовался я — А габариты её какие?
— Длина тридцать восемь метров, ширина семь с половиной. Высота борта два с половиной метра. Машины любые поместятся, да кучу всего можно разместить.
— Да, хорошая техника, нам такая точно понадобится, и не одна точно.
— Ну, если нам понравится, и в облаке будут ещё такие, то можно будет и ещё вытащить, — улыбнулся Риф.
— Добро, не буду отвлекать. Тогда так и решим, завтра с утра, часиков в десять едем в облако за первым катером.
— Хорошо.
— Крот поехали?
— Куда сейчас то?
— В карьер, — ответил я. — Надо же посмотреть, где мы завтра поршня будем продувать и послезавтра соревнования проводить. Первые в этом мире соревнования по автогонкам.
Глава 8
Вернулись назад по уже знакомой нам дороге, проехали пост охраны недалеко от заводика, посигналили стоящим там бойцам. Вот и поворот — новый поворот к карьеру. Через несколько минут мы уже въезжали на территорию карьера. Крот остановился на большой, специально расчищенной площадке на самом верху карьера. Можно было лечь на капот машины и смотреть вниз. Вид, конечно, отсюда открывался великолепный: весь карьер, все повороты и прямые были, как на ладони. Мы вылезли из машин и подошли к самому краю.
— Хорошая площадка, — сказал я Кроту.
— Ага, тут Селя американцем, как бульдозером, поработал, — хохотнул Зима.
— Что-то ещё сделали? — спросил я.
