— Да, — кивнул Крот, — несколько раз прошлись отвалом по кольцам. Сейчас ширина дороги, минимум, семь метров, это на нижних кольцах. На верхних — доходит до двенадцати. Вон, смотри, — кивнул он головой, — на каждом повороте сделали насыпь из земли высотой около двух метров. Так что, если влетишь, то в насыпь. Конечно, и через неё можно перелететь, но будем надеяться, что у нас таких безбашенных нет. На последних двух прямых, где можно на всю катушку жарить, — он показал рукой на хорошо просматривающиеся с этого места прямые, — за семьдесят метров до поворота мы поставили щиты, на которых указан поворот и стрелка.
— Типа, сбрасывайте скорость, иначе улетите, — догадался я.
— Да, иначе поразбиваются. Там повороты практически под 90 градусов. Мы их, конечно, расширили все, как могли, веером можно хорошо входить. Пылищи, правда, много будет, но и смотреться будет интересно. Площадка для зрителей тут и вон там ещё одна, — показал он направо. — Так что видно будет абсолютно всё. Старт внизу. Там же профессор и арканитовую породу добывает теперь. Вон, видишь, щитами всё прикрыто.
Приглядевшись, я действительно увидел внизу стоящие листы железа. Одна стена карьера была полностью ими закрыта.
— Всем говорим, что это для того, чтобы порода не осыпалась, — продолжил Крот. — Когда будем приезжать сюда за породой, щиты просто откладываем в сторону и лопатами закидываем.
— Молодцы, хорошо придумали, — похвалил я ребят. — Сколько времени занимает подняться снизу вверх?
— На Наваре я поднялся за три минуты 24 секунды, кабинка с пулемётом сильно мешает. Потом Инфинити поршня продул — 3.07, на Мерине попробовал — 2.51. Как проедут остальные...
Он развёл руки в стороны.
— В общем, будет интересно, — резюмировал я.
— Однозначно, — кивнул Крот. — Завтра пацаны на тачках приедут сюда. Пусть каждый по несколько раз проедет, привыкнет к поворотам и скоростям. Всё-таки тут можно хорошо так давануть на тачке и полностью использовать потенциал мотора. Главное — эти прямые, надо обязательно про них всем сказать. На Мерине я успел разогнаться на последней прямой до 260 километров в час.
— Охренеть! — вырвалось у меня. — На гравии?
— Ну, не совсем гравии. Селю видел сегодня? Как он дороги делает?
— Ага, бревно какое-то у него сзади охрененно здоровое и тяжёлое. Он им дорогу ровняет.
— Вот и тут он им несколько раз прошёлся, — продолжил Крот. — Так что теперь все кольца ровные, как асфальт, и крепкие. Повороты мы, вообще, несколько раз этим бревном прошли. Так что, если не дурить, ехать можно быстро. Каток бы сюда, да взять его негде, поэтому бревно и использовали.
Пока мы катались по оазису, наступил вечер. Туча уже пару раз выходил с нами на связь, говорил, что обед готов, и девчонки нас ждут. Короче, наш обед плавно перерос в ужин. Часикам к пяти вечера стали подтягиваться остальные наши бойцы и рабочие. Стоянка оказалась снова забита автомобилями.
— Мы на озеро-то сегодня поедем? — спросила у меня Света, когда я освободил стол для следующего жаждущего поужинать и сидел спокойно в сторонке.
— Конечно, поедем, — ответил я ей. — Сейчас все доужинают, переоденемся и поедем купаться.
— Ура! — захлопала она в ладоши. — Мы тогда переодеваться побежали.
Ко мне подбежал довольный и сытый Булат и лёг со мной рядом.
— Наелся, — погладил я его по голове, — по твоей сытой морде вижу, что наелся. Сейчас купаться ещё поедем.
Через час все поужинали и стали собираться на озеро. Сначала, вроде, хотели поехать, но потом решили всё же пройтись пешком. Идти-то недалеко, да и прогуляться охота, ножки размять. Стемнеет через пару часов, так что время у нас ещё есть.
— Ну что, пошли? — спросил я у Светы.
Сам я уже переоделся: одел на себя шорты, лёгкие кроссовки и футболку. Ну и, само собой, сверху натянул расстёгнутую разгрузку и автомат свой взял.
— Это обязательно? — спросила она у меня, ткнув своим пальчиков в висевший у меня на шее автомат.
— Обязательно, Свет, тут зверюшки по ночам шастают, не привыкли они ещё к нам.
— Ясно, куда идти?
Через полчаса ходьбы мы всей гурьбой вышли к озеру. Народу нас было очень много, но и озеро не маленькое, пляж большой, так что разместились все быстро.
— Всем внимание! — закричал Митяй, стоя на большом валуне. — Можете развести костры, только прошу вас не мусорить, всё в мешки, потом сожжём. Через полтора часа я вам крикну. Вот тогда тушите костры и можете лезть в воду. Увидите это свечение обязательно. В воде абсолютно безопасно, кстати, там много рыбы, можете попробовать порыбачить, кто хочет, конечно.
Затем Митяй спрыгнул с камня.
Народ тут же, побросав вещи, с дикими криками и визгом ломанулся в озеро.
— Ну что, Булат, — присел я около него на корточки, — купаться пойдём?
Я встал и направился к воде.
— Иди сюда, малыш, — позвал я его, стоя в воде по пояс.
Он разбежался и с разгона плюхнулся в воду, следом за ним прыгнула Кайта.
— Ай, ты мой хороший, — гладил я его в воде.
Большой тоже играл с Кайтой. Вдоволь накупавшись, мы вылезли на берег. Потянуло запахом костров и жаренного мяса, потихоньку начало темнеть.
— Затушить костры! — закричал Митяй.
