Обернувшись, я увидел, как Слива пытается перевязать себе руку, сидя на мешках.
— Млять, сильно? — спросил я у него, заметив кровь на его руке.
— Царапина, — сморщился тот, когда Кирпич перетянул ему руку повязкой, — пальцы работают, всё нормалью, пошли дальше.
— Туман, Дима, приём, — стал я вызывать пацанов.
Они должны были на машинах заезжать с двух сторон. В глубине пещеры мы слышали непрекращающиеся выстрелы и взрывы. Бой там шёл нешуточный.
— Мы на Северных, Саня! — услышал я крик Димы. — Не можем прорваться через дот. Оттуда валят с двух пулемётов, головы поднять не дают, КамАЗ сразу расстреляли.
— Понял тебя, Димон, сейчас мы постараемся сзади зайти и помочь вам. Сидите пока, не рыпайтесь.
— Понял, ждём.
Пока мы с ним разговаривали, я слышал в его рации выстрелы из автоматов, куда вплетался звук длинных очередей пулемётов. Внезапно мы услышали рёв мотора и на нас из-за поворота, в сторону которого мы сейчас собирались пойти, вылетела небольшая приземистая багги.
— Это что ещё за хренотень? — успел спросить удивлённый Леший.
Машина и вправду была необычной, я таких и не видел в этом мире. Все видели эвакуатор, когда он опускает свою площадку на землю, чтобы затащить по ней лебёдкой машину? Вот и эта тачка была такой же, только гораздо ниже. Такое ощущение, что взяли маленькую спортивную, низко сидящую машинку и наварили на неё эту платформу. Самое интересное, что по бокам тоже были такие же пластины. То есть, она была вся в железе, только виднелась небольшая смотровая щель на месте водителя, а рядом торчал ствол пулемёта. Только торчал его кончик, скорее всего, пулемётчик сидит на заднем сиденье. Просветы между железом и полом минимальны. Ну да, пол-то тут ровный везде.
— «Блин» какой-то, — сказал Кирпич, с не меньшим удивлением рассматривая машину.
Меж тем, тачка остановилась. Видимо, сидящие внутри рассматривали нас. Поняв, что на баррикаде явно чужие, пулемёт открыл огонь, а машина, взвизгнув покрышками, поехала в нашу сторону. Мешки с набитым песком тут же стали лопаться и принимать на себя выпускаемые пули. Мы, как по команде, упали за них. Хорошо ещё, что Гетц продолжал гореть и немного скрывал нас копотью. Неожиданно пулемёт замолчал, и я через пару секунд высунулся из укрытия и выпустил небольшую очередь по машине. Пули, срикошетив от железа, ушли в потолок, только искры показались. Тачка и не думала останавливаться, она всё сильнее и сильнее разгонялась.
— В стороны быстро, пацаны! — заорал я и выпрыгнул из-за мешков.
Мы успели выпрыгнуть все, кроме Кактуса. Он, положив свой пулемёт на мешки, быстро прицелился и дал длинную очередь по машине. Эффект тот же самый: искры, рикошет. Абсолютно все пули разлетелись, кто куда. И тут тачка всей своей массой врезалась в уже достаточно побитую нами баррикаду. Кактус успел встать в полный рост и, оттолкнувшись от мешков, прыгнул на машину. Тачка снесла остатки баррикады своей массой, а Кактус, перелетев через машину, упал уже сзади неё. Мы все разом открыли огонь по только что проехавшей через это небольшое препятствие машине. Но пули продолжали рикошетить от неё, её задница тоже оказалась обшитой железом. Она сходу снесла своим корпусом продолжавшую гореть Волгу, и та от сильного удара влетела в стену со страшным грохотом.
— Да что же это такое? — возмутился Слива, меняя очередной рожок в своём автомате.
Машина, отъехав от нас несколько десятков метров вместе с остатками баррикады на своём кузове, резко развернулась, и сидящий в ней пулемётчик дал пару коротких очередей. Все коробки и мешки, которые были на ней, мигом с неё слетели.
— Быстро назад в тот проём! — заорал я, запихивая гранату в свой подствольник. — Она нас сейчас раздавит. Кактус, ты как?
— Живой, — услышал я сзади его голос и следом кучу матов в адрес этой машины, того кто её сделал и водителя в отдельности.
Пулемёт на машине застрочил вновь.
— Ай, мля! — закричал рядом Леший. — Нога!
Тачка уже развернулась и снова попёрла на нас.
— Подствольники! — заорал я, понимая, что мы не успеем схватить Лешего и затащить его в то помещение.
Нас машина быстрее раздавит, вернее, снесёт.
— Огонь!
Так как подствольники были у всех, кроме Кактуса, выстрелили мы практически одновременно. Две гранаты врезались в кузов и, не успев взорваться, ушли вверх в потолок, где благополучно и взорвались, осыпав на пол достаточно большое количество породы. Две других взорвались точно перед носом машины, подняв кучу пыли. Машина на скорости, видимо, зацепила эту воронку от гранаты и врезалась своим клювом в неё. Послышался страшный грохот и скрип железа, из кучи пыли на нас вылетела машина, только летела она уже боком. Перевернувшись один раз, машина легла на крышу, или что там у неё было, только колёса крутились, и так заскользила на ней. Удар, дальше стены не уедет. Тачка со всей дури воткнулась в стену, её нос оказался смят, одно колесо оторвало, и оно упрыгало по дороге дальше куда-то, два ещё крутились.
— У неё смотровые щели сбоку тоже есть! — радостно заорал Слива.
