За моей спиной взревела двигателем Вольво, вернее, ревущим глушителем. Тут же этот раненый выкрутил на полную звук магнитолы. Из колонок полилась какая-то заводная иностранная музыка, и её звук заглушил звук ревущего глушителя. Музыка стала греметь на весь этот огромный коридор и, отражаясь от стен и потолка, распространяться дальше. Я быстро обернулся и увидел, как мужик в последний раз посмотрел на нас и, улыбнувшись, подмигнул. Машина, пробуксовав на месте до дыма из-под колёс, рванула вперёд. Мы, как заворожённые, стояли и провожали её взглядом. Если бы в данный момент появился кто-нибудь из злодеев с оружием, нас можно было бы срезать одной очередью. Перед поворотом Вольво притормозила и резко завернула за угол. Музыка орала, глушитель ревел. Через небольшое время раздался страшный звук удара, музыка мгновенно стихла вместе с ревущим глушителем, и ещё через несколько секунд раздался мощнейший взрыв, затем ещё два. Мы увидели, как оттуда, куда уехала машина вырвалось пламя и, пожирая всё на своем пути, понеслось по коридору к нам навстречу. Следом вылетели куски машины, чьё-то тело, разорванное пополам, и всякий мусор вперемешку с пылью и кусками земли.
— Ложись! — заорал Леший и рыбкой нырнул вглубь мастерской.
Следом полетели мы.
Глава 7
— Вы чем его взорвали? — услышал я полный удивления голос Димы в рации, когда через небольшое время я почувствовал, что стрельба резко прекратилась, и стало относительно тихо.
Пламя от взрыва до нас не дошло, но, думаю, что те, кто были в доте, поджарились очень хорошо.
— Мужик тут один в шахида сыграл, — ответил я ему, морщась и растирая своё колено.
Я, когда падал, больно ударился об одну из железяк, которые в изобилии валялись тут везде.
— Что с дотом?
— Нет больше дота. Горит вон. Тачка эта с бензином, что ли, была?
— Ага.
— То-то горит так хорошо. Мы даже проехать пока не сможем, жарко очень.
— Там где-то бочки с водой должны быть, — сказал я, вспомнив, что про них говорили мужики. — Ищите их и катите, потом из оружия дырок наделаете. Вода, хоть немного, но пламя потушит. Мы через мастерские пошли заложников освобождать. Туман где?
— Тут я, — отозвалась рация. — Южные ворота взяли, продвигаемся с боем к вам.
В воздухе отчетливо пахло сгоревшим порохом, горящей резиной. Да и вообще воняло, как на помойке при пожаре.
— Шевелитесь, бродяги! — кряхтя и поднимаясь на ноги, крикнул я.
— Мама Люба, давай! — внезапно закричал Слива. — Шевелите ластами, тюлени, нас ждут великие дела!
Пока мы, держа на изготовку оружие, пробирались через мастерскую, я поразился тому, насколько хорошо она была укомплектована различными станками и инструментами. Я успел насчитать пять рабочих мест. Каждое из них было оборудовано верстаком и набором инструментов. На многих столах были установлены тиски, а кое-где и по двое. Была куча стеллажей с лежащими на них запчастями и различными железками. Чуть дальше мы увидели стоящую машину. Кажется, это Хонда Пилот в той жизни была. На машине остались только передние фары. Всё остальное с неё было срезано и снято. Вместо переднего бампера был приварен мощный уголок, резина тоже гораздо шире штатной, вон как из-под арок выглядывают лапти. На ней также срезали все стойки, и рядом стояла прислонённая к стене крыша. Походу, тоже решили занизить. Двери валялись отдельно в углу. А вот и парочка хороших компрессоров. Господи, да тут прям золотое дно.
Вот коридор. Быстро заглянув в него и убедившись, что там никого нет, потопали дальше. Следом вышли в ещё одну такую же мастерскую. Млять, тачки, четыре штуки, багги. Две уже обшиты железом, кажется, тоже из кроссоверов сделали, больно высоко кузова сидят. Наверху турели, правда, без пулемётов. Те же столы для работы, инструменты. Две другие машины, Киа Рио и Фокус хетчбек, стоят просто разобранные.
— Да сколько же у них тут добра-то!? — словно прочитав мои мысли, воскликнул Слива, разглядывая всё это великолепие.
— Пацаны, смотрите! — крикнул откуда-то сбоку Кирпич.
Быстро подбежав к нему, мы увидели стоящую перед нами машину, наподобие той, с которой мы схлестнулись в коридоре.
— Тойота Селика, — сказал я вслух.
Вот как они делают их. С неё полностью была срезана крыша и стойки, сняты капот, бампер и передние крылья. К кузову от морды, там, где был передний бампер, были приварены направляющие, которые шли через всю длину машины, а из багажника машины их подпирали два мощных уголка. То есть, сама коробка была готова, осталось только положить сверху листы железа и обшить её. Ну и с боков то же самое. Правого переднего сиденья не было. Оно было уже установлено сзади практически в багажнике, для чего оттуда был вырезан большой кусок.
— Двери наверх открываются, — подошёл к машине Кирпич и поднял каркас двери, — крыло Чайки.
— Крепкая железяка, — постучал прикладом по стоящим прислонённым к стене листам железа Леший, — и толстая. Теперь понятно, почему наши пули её не брали, толстоватая она для них.
— А зачем это так? — спросил Кактус, показывая на уже установленное заднее сиденье практически в багажнике.
