Потом те, к кому будет стекаться информация про таких пропавших, выйдут на институт и начнут задавать вопросы уже там. И вот, когда всё подтвердится, включится государственная машина. Мне вам нужно говорить, как сидящие во власти люди захотят шагнуть сюда? Пусть они и не смогут вернуться назад, но они просто заполонят наш мир! И будут качать и качать из него всё, что только можно, наша спокойная жизнь точно кончится! Надо про иностранцев добавить? Про тех же самых американцев, которые считают себя исключительной нацией, и точно захотят в наш мир.
Кстати говоря, у нас там есть американцы, живут на островах, их около двадцати тысяч человек. Они как раз хотели показать, что они выше других, сразу получили по зубам и теперь сидят тихо, как мыши. И вот вам ещё одно доказательство, Валер, давай.
Туман быстро отправил одного из бойцов в мерцание.
— Смотрите, – я показал на экраны телевизоров.
Пошла картинка, на ней показались рожи этих четверых депутатов.
— Так это тот депутат, который пропал год назад, – громко воскликнул один из мужчин, – о, и этого я помню.
— Да-да, точно, – закивала тётка, – они все пропали, одновременно. По телевизору постоянно об этом говорили, даже награду за информацию об их местонахождении объявляли. Они что, у вас?
— Только они какие-то тощие стали, – улыбнулся мужик с топором, – и, судя по записи, трудятся где-то на фермах и лесопилках.
— Да, они у нас, – засмеялся я, – они провалились к нам и сразу же начали качать права. Ну вот мы их и определили на работы на благо нашего общества, нечего им штаны просиживать.
— Да вы рабовладельцы, ребятки, – произнесла тётка лет сорока пяти.
— Нет, мы просто не хотим, чтобы наш мир превратился в такую же помойку, как и Земля. Чтобы у нас не было засилья преступности, зажравшихся рож, и чиновничьего беспредела. У нас хорошие зарплаты, у всех, нет безработицы, каждый, попавший к нам, получает жильё и деньги на первое время, пока не устроится на работу, жильё, кстати, остаётся у него насовсем. Поэтому мы и держим в тайне наш мир и не хотим, чтобы о нём узнали на Земле. Поймите вы все, мы там создали такой мир, о котором мечтали.
— Всё это понятно, – нахмурился мужик с пилой, – как я понял из вашей речи, вы против того, чтобы те, кто решит переселиться к вам, тащил к вам своих близких и друзей.
— А как же наши дети? – всхлипнула девушка.
— Слышь, мужик, – нахмурился этот здоровяк с топором, – там – он ткнул пальцем в телевизор, – у меня сын, я его только что на экране видел. А там, – он ткнул себе пальцем за спину, – беременная жена и дочка. И что мне делать?
— Да, у меня тоже жена, муж, у меня двое детей, я родителей не брошу, тут тоже мои дети есть, – снова начали возмущаться люди.
— Отведите меня к моему сыну! – снова заорал тётка в первых рядах.
— А меня к моей дочке, – произнёс тощий очкарик, – я вам всё отдам! Она всё, что у меня есть.
Он выглядел каким-то осунувшимся, испуганным. То ли его так впечатлили мои слова, то ли он действительно очень сильно переживал по поводу своего пропавшего ребёнка. Но, думаю, второе, слишком измученным он выглядел. Казалось, ещё чуть-чуть и он заплачет.
— Тихо, прошу вас, – поднял я руки кверху.
Гул потихоньку стих.
Тут Туман сделал несколько шагов, подошёл к этому очкарику и сказал, глядя прямо ему в лицо.
— Не надо нам ничего отдавать. Мы не грабители, мы не захватывали ваших детей в заложники, и не требуем с вас выкуп.
— Прошу вас, пожалуйста, отведите меня к ней! – твердил как заведённый очкарик.
Млять, снова в горле ком, снова я пытаюсь его протолкнуть.
— Отведите его к дочке, – как-то тихо произнёс этот здоровяк с топором, – я его знаю, у него в том году жена в автокатастрофе погибла, беременная.
Млять, наступила такая тишина, что мне показалось, что даже птицы, до того чирикавшие на деревьях, и те притихли. Теперь я понимаю, что он пережил, твою же мать, вот же судьба у чувака.
— Туман, – коротко сказал я.
— Рыжий, – резко разворачиваясь, уже произнёс Туман, догадавшись, что я сейчас прикажу.
— Я! – выпалил тот.
— Бери его, – Туман как-то по-дружески положил руку на плечо сгорбившегося очкарика, – отвезите его. Свет, иди с ними.
— А мы, я тоже хочу, меня тоже отвезите! – снова заголосили женщины и мужики.
— Пошли, дружище, – заулыбался Рыжий, жестом приглашая очкарика.
— Твои вещи мы передадим! – крикнул от палатки другой мужик.
— Ну-ка, тихо все! – внезапно заорал здоровяк, разворачиваясь к толпе, – хватит тут сопли разводить. Пусть его отвезут, – он кивнул на очкарика, который уже быстрым шагом шёл с Рыжим к мерцанию, – у них наверняка есть план, – тут он кивнул уже в нашу сторону, – если бы они хотели нас кинуть, то не появились бы тут. Подождите немного, выслушаем и пойдём. С нашими детьми всё в порядке.
Тут Рыжий резко повернулся и сказал, показывая на телевизоры.
— Двадцать минут, и вы тут всё увидите.
— Всё хорошо будет, – добавила Света, взяв под руку очкарика.
Бац, и они исчезли в мерцании. Снова возмущения женщин, снова бузят мужики. Здоровяк только крякнул и махнул рукой.
