Механизм преступного насилия полностью

В семье отрицательному воздействию, как отмечает В. А. Григорян, могут быть подвергнуты самые различные компоненты содержания групповой деятельности семьи: формирование потребностей, социальные стимулы, социальный контроль, ценностные ориентации и установки[453]. Если в этой ситуации не найден конструктивный выход, поведение человека принимает различные насильственные, разрушительные действия или нередко их изощренные формы, т. е. индивид втягивается в преступную деятельность.

Однако, реализуя поставленные преступные цели при помощи насильственного поведения, человек не достигает внутреннего равновесия. Отчуждение между личностью и обществом еще больше увеличивается и окружающая среда воспринимается индивидом как опасная, «несущая угрозу его бытию»[454]. Вместе с тем жесткая зависимость субъекта от внешней среды, как отмечают Ю. М. Антонян, М. И. Еникеев, В. Е. Эминов, приводит к тому, что такая личность «несвободна в целом и по отношению к конкретным жизненным ситуациям, так как еще недостаточно выделила сама себя из среды»[455]. Отсюда вытекает практически значимый вывод: преступниками чаще становятся те, кто зависим от общества, делает так, как его научили. Действительно, не поступить привычным способом могут лишь лица в результате своего духовного роста, что не свойственно насильникам.

Другой вывод состоит в том, что основную ответственность за ориентацию на насильственное разрешение конфликтных ситуаций следует возлагать на родителей ребенка, которые, как отмечает К. Эльячефф, недооценивают способность детей воспринимать и понимать происходящее в период, когда те учатся говорить[456]. При этом родители нередко способны осуждать своих же детей, не связывая их поступки с собственным поведением, даже если оно являлось общепринятым, ранее.

Часто родители, имеющие определенные жизненные установки, а потому не подверженные столь сильному влиянию вербальных воздействий, рассматривают и психику детей соответствующим образом. Так, С. Хеллер и Т. Стил приводят характерные примеры особенностей детского восприятия. Родители из благих побуждений могут сказать ребенку, что он не должен пить алкогольные напитки, пока не станет мужчиной. У ребенка такое утверждение бессознательно трансформироватся в следующее: «Чтобы стать мужчиной, я должен пить». Смысловое значение для взрослых и ребенка качественно различается. Кроме того, воспринятое ребенком значение стало для него своебразной программой к действию, постгипнотическим внушением, которое он затем успешно претворяет в жизнь: начинает пить[457].

В другом случае, описанном терапевтом, говорится о гомосексуалисте, которому, «когда он был маленьким мальчиком, говорили: “Никогда не делай «это» с девочками”. При этом его били ремнем. Мальчик перевел (курсив мой. – И. П.) это для себя следующим образом: “Плохо делать «это» с девочками, но вполне нормально делать «это» с мальчиками”. Годы спустя его назвали “гомосексуалистом” за то, что он оказался таким хорошим гипнотическим субъектом»[458]. Указанные люди были научены «вести себя так, что другие называют это ненормальным»[459].

Д. Дьюи верно указывает как на недостаток взрослых убеждение в том, что мнения, возникшие, по сути, в ходе их личной жизни, незыблемы, «священны»[460]. Умственная закостенелость взрослых нередко порождает конфликтные ситуации с ребенком. Следует, видимо, исходить из принципа, что ребенок всегда прав. Его реакция является зеркальным отражением устоев нашего общества, и борьба с ним означает борьбу с самим собой. Насилие по отношению к ребенку порождает в конечном счете новое насилие. То, что человек получает в детстве, то он впоследствии и отдает обществу. Его поведение «как бы воспроизводит содержание раннесемейных отношений, является как бы ответом на них, их продолжением или следствием»[461].

Крайне важен для развития агрессии, которая в этом случае становится моделью поведения в жизненных ситуациях, характер взаимоотношений между братьями и сестрами. Ссылаясь на данные исследований, Р. Бэрон и Д. Ричардсон утверждают, что «наличие насилия во взаимоотношениях между детьми в одной семье… оказывает большее, чем все прочие семейные взаимоотношения, влияние на социализацию индивида, результатом которой становится усвоение силовых моделей поведения»[462].