В зале воцарилась мертвая тишина.
– Электромагнитный импульс, – прошептал Антон. – Они отключили машину извне.
А на экране, который погас последним, на секунду появилось сообщение:
"АКТИВИРОВАН ПРОТОКОЛ САМОУНИЧТОЖЕНИЯ. ДО АКТИВАЦИИ: 120 СЕКУНД."
Карбурант побледнел.
– Мы должны убираться отсюда. Немедленно.
– А город? – спросил мастер. – Что будет с городом без аналитической машины?
Карбурант не ответил. Но все понимали ответ и без слов.
Без машины Новый Гальванополис был обречен.
Время словно замедлилось. Антон стоял перед погасшими экранами аналитической машины и лихорадочно думал. Сто двадцать секунд. Сто девятнадцать. Сто восемнадцать.
– Есть ли способ остановить протокол самоуничтожения? – крикнул он Карбуранту.
Доктор уже обследовал аварийную панель, но безуспешно.
– Все системы обесточены. Электромагнитный импульс вывел из строя основные контуры управления.
– А резервные системы? – не сдавался Антон. – Такая сложная машина должна иметь резервы.
Профессор Коглер, который молча стоял у одной из башен машины, вдруг оживился.
– Есть! – крикнул он. – Гиротах показывал мне автономные контуры. На случай критических ситуаций каждая башня может работать независимо!
Он указал на основание башни, где в тени основной конструкции можно было различить небольшую панель с несколькими рычажками.
– Сто десять секунд! – объявил мастер Кривоспир, следивший за часами.
Антон бросился к указанной панели. Рычажки были помечены символами Гиротаха, но более простыми, чем на основном пульте.
– Профессор, что означают эти символы?
Коглер подбежал к нему.
– Первый рычажок – аварийное питание от локальных кристаллов. Второй – переход в автономный режим. Третий – связь с другими башнями.
Антон перевел первый рычажок. Башня слабо загудела, и несколько эфирных кристаллов в ее основании засветились тусклым голубым светом.
– Работает! Но мощности мало.
– Сто секунд! – донесся голос мастера.
Виктория тем временем обследовала другие башни.
– Здесь тоже есть аварийные панели! – крикнула она. – Если активировать все сразу...
– Делайте! – приказал Карбурант.
Все бросились к разным башням. Антон активировал вторую башню, Карбурант – третью, Виктория и Маркус занялись четвертой и пятой. Гаррет и мастер Кривоспир пытались найти панели на остальных.
– Восемьдесят секунд!
Одна за другой башни начали оживать. Их гул усиливался, кристаллы светились ярче. Но главные экраны все еще оставались темными.
– Нужно восстановить связь между башнями! – крикнул Антон. – Профессор, третий рычажок на каждой панели!
Они начали активировать связующие контуры. Между башнями снова побежали искры, но слабые, прерывистые.
– Семьдесят секунд!
Вдруг один из основных экранов мигнул и слабо засветился. На нем появилось сообщение:
"АВАРИЙНЫЙ РЕЖИМ АКТИВИРОВАН. МОЩНОСТЬ: 23% ОТ НОМИНАЛА. ПРОТОКОЛ САМОУНИЧТОЖЕНИЯ: АКТИВЕН."
– Этого недостаточно, – сказал Карбурант. – Нужно больше энергии, чтобы полностью отменить протокол.
Антон смотрел на схему подключений и думал. В его мире он работал с электричеством, знал принципы параллельного и последовательного соединения.
– А что если попробовать другую схему подключения? – спросил он. – Не через основные каналы, а напрямую?
– Что вы имеете в виду?
Антон достал из кармана моток медной проволоки, который всегда носил с собой со времен работы электриком.
– В моем мире мы иногда создавали временные обходные цепи. Если я смогу соединить башни напрямую, минуя поврежденные центральные контуры...
– Пятьдесят секунд! – мастер Кривоспир уже не скрывал паники в голосе.
Антон начал лихорадочно протягивать провода между башнями. Карбурант, поняв идею, помогал ему, используя свои инструменты для закрепления контактов.
– Это безумие, – бормотал доктор. – Простая медная проволока не может заменить сложные эфирные контуры.
– В моем мире может, – отвечал Антон, подключая последний провод. – Электричество есть электричество, независимо от источника.
Он замкнул последний контакт. Эффект был мгновенным – все башни машины разом засияли ярким светом, и по импровизированным проводам побежали мощные разряды.
– Тридцать секунд!
Основные экраны один за другим начали оживать. На центральном дисплее появилось долгожданное сообщение:
"МОЩНОСТЬ ВОССТАНОВЛЕНА ДО 67%. ДОСТУП К ПРОТОКОЛАМ САМОУНИЧТОЖЕНИЯ ПОЛУЧЕН."
Антон бросился к основному пульту управления. Теперь, когда машина частично функционировала, он мог попытаться отменить фатальную команду.
– Двадцать секунд!
Его пальцы летали по кнопкам и рычажкам. Система Гиротаха была сложной, но интуитивной. Антон нашел раздел аварийных протоколов и увидел мигающий красным символ самоуничтожения.
– Пятнадцать секунд!
Рядом с символом была кнопка отмены, но она была заблокирована. Требовался код доступа.
– Профессор! – крикнул Антон. – Нужен код отмены! Что мог использовать Гиротах?
Коглер лихорадочно думал.
– Он был помешан на числах! Математические константы, даты изобретений...
– Десять секунд!
Антон попробовал несколько комбинаций – число пи, число е, дату основания Нового Гальванополиса. Ничего не подходило.
