Следопыт так бы и продолжал рефлексировать, если бы в двух сантиметрах от его ступни не разорвалась пуля и по Пустоши не пронесся раскатистый грохот выстрела. Не осознавая, что стреляет близкий ему человек, Амдэ укрылся за бетонной плитой, чем только усугубил конфликт. Прямо возле его головы в плите возникла новая дырка, и его щеку оцарапала разлетевшаяся во все стороны крошка. Огромным преимуществом Пустоши служили ее первоклассные запатентованные развалины, дающие бескрайний простор для маневра любому пожелавшему в них укрыться бедняге. Но даже несмотря на «прекрасные» условия Пустоши, стоять на одном месте тоже не стоит – противник рано или поздно приноровится, нащупает твое слабое место и выстрелит прямо меж глаз. Поэтому следопыт постоянно менял укрытие. От второй пули он увернулся за бетонной плитой, следующую обхитрил уже в раме стальной трубы, а четвертую едва не словил копчиком, когда перелезал через остаток стены. Вконец устав, он засел в серой развалине, похожей на угол древнего дома, прямо под подоконником, поставил тучелист в углубление и вздохнул. Кем бы ни был противник, он досконально знал все привычки Амдэ, не давал ему сбежать, загоняя в тупик.
Из рации в рюкзаке послышался женский крик:
– Ах ты кобель поганый!
– Лея? – Удивленный взгляд следопыта уперся в настороженные глаза скорпиона.
Никакого «цок-цок» не было, что означало: «Сам отдувайся, парень, не втягивай меня в свои семейные дрязги».
Амдэ достал рацию и после следующего выстрела, пробившего дыру в ближайшей стене, нажал на кнопку связи.
– Лея? Вот так встреча. Месяц тебя не видел, куда ты пропала? – Он старался говорить как можно ровнее, но периодические срывы, вопли, дрожащий голос и заикание выдавали в нем легкое подобие страха. – Почему тебя не было дома?
Сначала выстрел, потом ответ:
– Ты хотел, чтобы я ждала, как дура, пока ты шляешься не пойми где? – Голос гиноида невозможно было отличить от голоса реальной женщины. Они и внешне-то почти не отличались, а по некоторым параметрам андроид в женском обличии был гораздо лучше некоторых психованных представительниц прекрасного пола. Хотя и с гиноидами можно переборщить, если максимально задрать степень их человечности.
Новый выстрел пробил дыру в стене в считанных сантиметрах от Амдэ.
– Шляюсь? – удивился он. – Я целый месяц искал диск с матчем! Чертова псина сожрала ключ-карту, и я потратил еще неделю на погоню. Думаешь, на юге я развлекался? В нашем мире это вообще возможно?
–Ты общаешься с кем угодно, только не со мной.
– О чем это ты?
Выстрелы прекратились. Трогательный режим андроида сменил собой убийственно-истеричный.
– Ты знаешь о чем! Я говорю о Хане!
У следопыта голова пошла кругом. Но даже в такой ситуации он не позволил себе устроиться удобнее и высунуться из укрытия. Пусть голова лучше кружится, чем разлетается на куски.
Лея тем временем продолжала:
– Я нашла повязку с его именем в твоем сундуке.
– Зачем ты рылась в моих вещах?
Скорпион устал стоять рядом и уныло побрел по развалинам, демонстративно оставаясь на виду у Амдэ. Желание спрятаться за любым из миллиона обломков старого мира уступило желанию поглумиться над своим храбрым, суровым хозяином, превратившимся теперь в подкаблучника.
– Кто он такой? – не унималась гиноид.
– Какое тебе дело! Хан давно мертв! Зачем ты напоминаешь о нем?
Следопыт решил попытать удачу и, оставив растение и рюкзак в укрытии, вышел навстречу судьбе. Вот бывает, что идешь в прекрасный летний день по Пустоши, прячешь лицо в тени и только собираешься вдохнуть полной грудью мягкий июньский воздух, как его мощный порыв бьет мошками по глазам, а в рот засыпает полкилограмма песка. В тот момент Амдэ попал именно в такую ситуацию. Благодаря ветру пуля пролетела в сантиметре от его виска. После этого моментально сработали инстинкты жителя Пустоши, и следопыт кувыркнулся к торчащему из хлама одинокому стальному столбу.
«Ну это уже ни в какие рамки, – подумал он. – Лея реально хотела меня убить. Шутки закончились».
– Тогда зачем ты хранишь его вещи? – не унималась девушка-робот. – Откуда он взялся?
Следопыт перебрался в следующее укрытие. На первый взгляд все его перебежки казались сумбурными попытками избежать неминуемой смерти, но с каждым таким кувырком он оказывался все ближе к своей ревнивой спутнице жизни.
– Потому что его убили! – рявкнул он в рацию и сбавил громкость динамика, чтобы прислушаться и выследить Лею по голосу.
В ответ тишина, только тихий далекий хруст. Видимо, она меняла магазин в винтовке. Тогда следопыт пробежал еще несколько бетонных развалин и затаился. Через несколько секунд издалека донесся голос:
– Ты не ответил на второй вопрос!
– Хан был моим лучшим другом. Я храню его вещи как память, потому что должен отомстить предателям! Тем, кто бросил его подыхать в Пустоши.
И подумал: «Только это заставляет меня жить дальше».