– Одна из моих дочерей была на три года младше тебя. А другой было столько же. Мне бы хотелось, чтобы они были бы такими же красивыми, как и ты, Бет.
Бет улыбнулась.
– Спасибо. А они?…
Мэри быстро перебила ее.
– Давайте выпьем горячего шоколада.
Они сидели за кухонным столом, пили шоколад и разговаривали.
Дети были просто в восторге от Луи. Он, казалось, совсем забыл про нее. Все его внимание было приковано к детям. Он рассказывал им смешные истории, и дети хохотали до упаду.
Было уже за полночь, когда Мэри посмотрела на часы.
– Господи! Вам уже давно полагается быть в постели. Тим повернулся к Луи.
– Вы еще к нам придете?
– Надеюсь, что да, Тим. Это зависит от вашей мамы.
– Мам?
Она посмотрела на Луи и сказала:
– Да.
Мэри проводила Луи до дверей. Он взял ее за руку.
– Я не могу вам передать, что значит для меня этот вечер. У меня просто нет слов. – Я рада. – Она посмотрела ему глаза и почувствовала, как он придвинулся к ней. Она подняла к нему лицо.
– Спокойной ночи, Мэри.
И он ушел.
Когда на следующее утро Мэри зашла в свой кабинет, то увидела, что еще одна стена покрашена заново. Вошел Майк Слейд, неся в руках две чашки кофе.
– Доброе утро. – Он поставил чашки на стол.
– Опять что-то написали на стене?
– Да.
– И что на этот раз?
– Не имеет значения.
– Не имеет значения? – вспылила она. – Для меня имеет. Что же за охрана такая в посольстве? Мне не нравится, что в мой кабинет спокойно заходят и пишут угрозы на стенах. Что там было написано?
– Дословно?
– Да.
– Там было написано: «Уезжай или подохнешь».
Мэри яростно уселась за стол.
– Может, вы мне объясните, как можно незамеченным пробраться ко мне в кабинет и писать угрозы на стенах?
– Если бы я знал, – вздохнул Майк. – Мы делаем все возможное…
– Тогда «всего возможного» явно недостаточно, – отпарировала она. – Я хочу, чтобы дверь в мой кабинет охранялась всю ночь. Ясно?
– Хорошо, госпожа посол. Я передам это полковнику Маккинни.
– Не надо. Я сама ему передам.
Майк Слейд вышел из кабинета, и Мэри подумала: «А знает ли он, чьих рук это дело? А что, если он сам…»
– Поверьте мне, госпожа посол, – извиняющимся тоном сказал полковник Маккинни. – Я поражен не меньше вашего. Я удвою охрану, а дверь в ваш кабинет будет охраняться двадцать четыре часа в сутки.
Но Мэри это мало успокоило. Это сделал кто-то из сотрудников посольства.
Полковник Маккинни был сотрудником посольства.
Мэри пригласила Луи Дефорже на небольшую вечеринку в резиденцию. Присутствовало около десяти гостей, и, когда они все ушли, Луи спросил:
– Можно, я поднимусь к детям?
– Боюсь, что они уже спят, Луи.
– Я не разбужу их, – пообещал он. – Только взгляну на них.
Мэри прошла с ним и, стоя в дверях, смотрела, как он глядел на спящего Тима. Она прошептала:
– Комната Бет напротив. Мэри открыла дверь в другую спальню. Бет спала, обняв руками подушку, одеяло было скомкано. Луи тихонько подошел к кровати и поправил одеяло. Некоторое время он стоял, закрыв глаза. Затем повернулся и вышел из комнаты.
– Какие замечательные дети, – хрипло сказал он.
Они стояли, глядя друг на друга. «Это должно случиться», – подумала Мэри. – «Никто из нас не сможет этого предотвратить».
Они обнялись и губы их встретились.
Он отстранился.
– Мне не надо было приходить. Вы ведь понимаете, что я делаю? Я воскрешаю свое прошлое. – Он помолчал. – Или мое будущее. Кто знает?
– Я знаю, – тихо сказала Мэри.
Дэвид Виктор, торговый советник, вошел в кабинет Мэри. Выглядел он взволнованно.
– Боюсь, что у нас плохие новости. Мне только что стало известно, что президент Ионеску собирается подписать контракт с Аргентиной на покупку полутора миллионов тонн кукурузы и с Бразилией – на покупку полумиллиона тонн соевых бобов. Мы очень рассчитывали на эти контракты.
– Насколько это серьезно?
– Переговоры почти закончились. Нас выставили за дверь. Я собирался уже посылать телеграмму в Вашингтон. С вашего разрешения, конечно, – поспешно добавил он.
– Пока не отправляйте, – сказала Мэри. – Надо что-то придумать.
– Президент Ионеску не изменит своего решения. Поверьте мне, каких только аргументов я ему не приводил.
– Тогда мы ничего не теряем, если я попробую что-нибудь сделать. – Она вызвала секретаршу. – Дороти, мне необходимо как можно быстрее встретиться с президентом Ионеску.
Александру Ионеску пригласил Мэри на обед. Когда она вошла во дворец, ее встретил Нику, четырнадцатилетний сын президента.
– Добрый день, госпожа посол, – сказал он. – Меня зовут Нику. Добро пожаловать во дворец.
Это был высокий стройный мальчик с темными вьющимися волосами. Он вел себя как взрослый.
– Я слышал о вас столько хорошего, – сказал Нику.
– Я очень рада, – ответила Мэри.
– Я сообщу отцу о вашем приходе.
Мэри и Ионеску сидели за столом друг напротив друга. Мэри стало интересно, где его жена. Она редко показывалась, даже на официальных приемах.
Было видно, что президент выпил и находился в хорошем расположении духа. Он закурил «Снагов», румынскую сигарету с неприятным запахом.
– Я так понял, вы уже осмотрели кое-какие достопримечательности вместе с детьми?
