Казалось, сутки растянулись на тысячу часов. Мэри встречалась со студентами, с румынскими офицерами, с американским банкиром, с представителем ЮСИА, присутствовала на нескончаемом банкете в датском посольстве. Когда она наконец вернулась домой, то просто упала без сил. Она никак не могла заснуть. Ей было невыносимо жарко, и ее все время преследовали кошмары. Она бежала по бесконечным коридорам и, поворачивая за угол, каждый раз видела кровавые надписи на стенах. Ее преследовал какой-то мужчина. Когда появился Луи, десять человек принялись заталкивать его в машину. Майк Слейд бежал по улице и кричал: «Убейте его. У него нет семьи».
Мэри проснулась в холодном поту. В комнате было нестерпимо жарко. Она сбросила одеяло, и внезапно ей стало холодно. Так холодно, что у нее стучали зубы. «Господи», – подумала Мэри. – «Что это со мной происходит?» Остаток ночи она провела без сна, боясь повторения кошмаров.
Мэри пришлось собрать всю волю, чтобы прийти в посольство на следующий день. Майк Слейд уже ждал ее. Критически посмотрев на нее, он сказал:
– У вас нездоровый вид. Почему бы вам не слетать во Франкфурт и не показаться нашему врачу?
– Со мной все в порядке. – Губы ее потрескались и шелушились.
Майк протянул ей чашку кофе.
– У меня есть кое-какие цифры по торговле. Румынам понадобится зерна больше, чем мы предполагали. Вот что мы можем…
Она старалась вникнуть в смысл, но голос Майка, казалось, звучал где-то далеко-далеко.
Кое– как она продержалась до конца рабочего дня. Дважды звонил Луи, но Мэри просила секретаршу передать, что она на совещании. Выбиваясь из последних сил, она продолжала работать.
Вечером, когда Мэри легла в постель, она почувствовала, что у нее поднялась температура. Все тело ломило. «Я действительно заболела», – подумала она. – «Я просто умираю». Собрав последние силы, она дотронулась до звонка. Появилась Кармен.
С ужасом она смотрела на Мэри.
– Госпожа посол! Что?…
– Скажи Сабине, пусть позвонит во французское посольство. Мне нужен доктор Дефорже, – прохрипела Мэри.
Мэри открыла глаза и несколько раз моргнула. Два расплывчатых доктора Дефорже стояли перед ней. Он подошел к ней и, наклонившись, внимательно посмотрел на ее раскрасневшееся лицо.
– Господи! Что с тобой произошло? – Ее лоб был горячим. – Ты измеряла температуру?
– Нет, – ей было больно говорить.
Луи присел на край кровати.
– Дорогая, ты давно себя так чувствуешь?
– Уже несколько дней. Вирус, наверно, какой-то.
Луи пощупал ее пульс – слабый и неровный. Наклонившись поближе, он повел носом.
– Ты сегодня ела чеснок?
Она покачала головой.
– Я два дня ничего не ела, – прошептала она.
Луи поднял ей веко.
– Жажда была?
Она кивнула.
– Боль, судороги, тошнота, рвота?
«Все вышеперечисленное», – подумала она, а вслух спросила:
– Что со мной, Луи?
– Ты можешь ответить мне на некоторые вопросы?
– Попытаюсь.
Он взял ее за руку.
– Когда это у тебя началось?
– На следующий день после того, как мы приехали с гор.
– Вспомни, может тебе стало плохо после еды?
Она покачала головой.
– Просто чувствовала себя все хуже и хуже?
Она кивнула.
– Ты завтракаешь здесь с детьми?
– Как правило – да.
– Дети себя хорошо чувствуют?
Она кивнула.
– А обед? Ты всегда обедаешь в одном и том же месте?
– Нет. Иногда я обедаю в посольстве, иногда – в ресторанах. – Ее голос был еле слышен.
– Может, ты где-нибудь постоянно ужинаешь или просто что-нибудь ешь? Она была не в силах продолжать разговор. Ей хотелось, чтобы он ушел.
Она закрыла глаза.
Он ласково потряс ее за плечо.
– Мэри, не засыпай. Слушай меня, – в его голосе звучала тревога. – Ты с кем-нибудь обедаешь постоянно?
Она сонно посмотрела на него? Зачем ему это?
– Нет. Это вирус, да?
Луи глубоко вздохнул.
– Нет. Тебя хотят отравить.
Ее как током ударило. Мэри широко открыла глаза.
– Что? Я не верю.
Луи Дефорже нахмурился.
– Я бы сказал, что это отравление мышьяком, только мышьяк не продается в Румынии.
Мэри внезапно стало страшно.
– Кто… Кому это могло понадобиться?
Он сжал ей руку.
– Дорогая, постарайся вспомнить. Ты уверена, что у тебя нет привычки что-нибудь есть или пить с одним и тем же человеком?
– Конечно, нет, – вяло сказала Мэри. – Я ведь уже сказала, что я… – «Кофе. Майк Слейд. Он сам варит кофе». – Господи!
– Что?
Она прокашлялась.
– Майк Слейд приносит мне кофе каждое утро. Он всегда меня ждет.
Луи посмотрел на нее.
– Нет. Это не может быть Майк Слейд. Зачем ему тебя убивать?
– Он… Он хочет избавиться от меня.
– Мы потом еще поговорим об этом, – сказал Луи. – Сначала тебя надо вылечить. Тебя следовало бы положить в местную больницу, но это запрещено правилами твоего посольства. Я принесу лекарства сам. Сейчас я вернусь. Мэри лежала, пытаясь осознать то, что сказал ей Луи. Мышьяк. Кто-то дает мне мышьяк. «Вам надо выпить еще чашку кофе. Это вас взбодрит. Я сам его варю».
Она потеряла сознание, и только голос Луи вывел ее из небытия:
– Мэри!
Она с трудом открыла глаза. Он стоял рядом с кроватью, доставая из сумки шприц.
– Привет, Луи. Я рада, что ты пришел, – пробормотала Мэри.
Луи ввел в вену иглу.
