Один раз я заинтересовалась происходящим, когда в центр круга вышла Лаура Ванадинит. Она оказывается еще и фехтует. У девушки нет недостатков, одни достоинства. Кстати она была единственной драконицей, принявшей участие в турнире. И продержалась она в нем долго, и выбыла под оглушительные аплодисменты в свою честь. Странно. Значит, ей еще и ста лет нет? Или это я что-то перепутала?
Но потом бои слились в монотонный гул ударов и звон оружия. И бороться со сном стало совсем невмоготу. Если я на минуточку прикрою глаза, ничего страшного не случиться?
Проснулась я от того, что кто-то громко повторял мое имя в разговоре. А еще я лежала как-то очень удобно. На чем-то родном и приятном. Я даже щекой потерлась об мою подушку, но кто-то настойчиво повторял мое имя. И пришлось открыть глаза.
Лучше бы я этого не делала. Потому что рядом со мной на диване сидел Золтон, собственной персоны, а я на нем практически лежала. Уткнувшись ему в грудь, и приобняв как любимого плюшевого мишку в детстве. Ага.
Я с ужасом подняла на него взгляд и встретилась с его насмешливыми глазами в золотую крапинку. Вот же драконья зад…
— Вай, вставай, — настойчиво повторил стоящий рядом Гарб.
Оказывается, это он меня звал. Ханс и Хелена маячили за его спиной. Вставать? Да я пулей соскочила с дивана и с Золтона.
Рванула к Гарбу и встала рядом с ним. И только после этого уставилась на оставшегося на диванчике золотого дракона. А тот продолжал сидеть, только вот теперь от всей его вроде бы расслабленной позы веяло угрозой. Глаза перестали быть насмешливыми, и он вдруг спросил.
— Не подскажите, Гарбине Гроссуляр, чем таким интересным заняты гости в вашем замке по ночам, что умудряются засыпать на турнире? — сказано это было таким тоном, будто мы с Гарбом вынесли всю его сокровищницу.
И еще глаза так недобро прищурил на Гарба. И чего это он?
— Мы вчера после бала засиделись, и я… — начала было я, но меня прервали.
— Вот как? Бала? Я не видел вас обоих на балу. Я повторяю свой вопрос: где вы оба были вчера весь вечер и ночь?
А он вправе задавать такие вопросы? Какое его драконье дело, где мы были?
Видно прочитав на моем лице зарождающийся протест, Золтон продолжил.
— Если вы забыли, то напоминаю вам, что я все еще наследный принц империи и представляю здесь законную власть. Не говоря уже о том, что вы студенты Академии, где я преподаю. Так что извольте ответить на вопрос.
И таким властным тоном все это было произнесено, что меня почему-то потянуло немедленно во всем признаться. А в чем именно нас подозревают?
— Что случилось, Золтон? Что ты пристал к деткам? Хватит на них давить своей драконье силой. Это не этично. Что тебя так интересует? Они всю ночь проторчали в библиотеке. Я сама удивилась, что бы им там делать? Но Кювье всю ночь провел с ними там, и утром мне это подробно показал. Хочешь убедиться?
Мама Гарба впорхнула в наш разговор, подобно фее из сказки. Тут же давящее чувство прошло. Гарб и я встряхнулись как от наваждения, Золтон вдруг тоже расслабился. Это заметили все.
— В библиотеке? Зачитались?
— Нет. Думаю, что они там что-то искали, Золтон. Фолиант какой-нибудь. Или запрещенный свиток. Но судя по унылым лицам, и эмоциям Кювье, они ничего не нашли. Не волнуйся ты так за детишек, — весело сообщила эта удивительная фея.
Кстати, как ее зовут? Гарб нам еетак и не представил? Или я проспала?
Детишки переглянулись и насупились.
А Золтон и в самом деле почему-то подобрел. Он встал с дивана и, подойдя к маме Гарба, взял ее руку и галантно поцеловал.
— Юлия, это моя обязанность волноваться. Твой сын так и не обрел дракона? Он сильно уязвим. И я прекрасно знаю, как его благополучие волнует тебя и Вулдра. Мы не можем допустить, чтобы с детишками что-то случилось, — и он таким тоном произнес этих «детишек», что мы все четверо отчетливо заскрипели зубами.
А мама Гарба вдруг подхватила Золтона под руку и решительно потянула вниз к выходу из турнирной залы, попутно что-то настойчиво ему втолковывая. Она и в самом деле замечательная.
— Что это было? — спросила я.
— Я не понял. И в самом деле? — пожал плечами Гарб.
— Может он голодный? — внес идею Ханс.
— А я бы сказала, что это сцена ревности. Только вот тогда это говорит о том, что Белую Драконицу магистр уже нашел, — вдруг выдала Хелена.
Я так и плюхнулась обратно на диванчик. А рядом со мной упал на него Гарб. Ханс же прислонился к стене и мы все втроем воззрились на Хелену.
— Лени, скажи, что ты пошутила? — вдруг жалобно выдал Ханс.
Мы с Гарбом синхронно повернули головы в сторону девушки.
— И не думала. Все его поведение кричало о собственнических замашках. И Гарб посмел посягнуть на то, что принадлежит дракону. И после известия, что вы провели ночь в библиотеке, а не в спальне Гарба, да еще и в присутствии хранителя — дракон расслабился. Со стороны смотрелось именно так, — покачала Хелена головой.
— Ик.
Я обернулась к Гарбу.
— Ты чего?
— Я перешел дорогу самому Золтону Виерлингит. Вот не знаю то ли возгордиться, то ли умереть со страху, что он со мной сделает, если и в самом деле почувствует угрозу.
