Мы шли по прямому коридору и я забывала, как дышать от восторга. А еще поверхность напоминала скорее тонкий слой льда, какой бывает на улицах в начале зимы, а не стекло — толстое и непрошибаемое. Это добавляло впечатления от стен, потолка и пола. Если бы на меня сейчас из глубин выплыла огромная акула, я бы заорала так, что стены потрескались. Потому что этот тонкий слой не давал никакой защиты. Акул не было. Вообще там, в воде, жизни не было. Зато была магия. Она кружила и завихлялась в небольшие водовороты и булькала как в самом настоящем котле у злой ведьмы.
Мы шли все дальше, а у меня в голове роились глупые мысли, что я плохо плаваю. Нет, я, конечно, плаваю, но плохо. Топор же тоже плавает? Но недолго.
Впереди забрезжил яркий свет. Я шла последней, но даже через широкие спины двух драконов я его отчетливо увидела. Что там?
Огромная водная пещера. Стены из воды, потолок и пол. Такая же большая по площади, как у Изумрудных. Здесь легко разместятся с десяток крупных драконов в истинном обличии. Хотя если кто-то потолстеет или живот будет перевешивать, то… Вот что у меня в голове?
У противоположной от входа стены был водопад. Вода падала откуда-то сверху и с брызгами разбивалась об пол большой чаши, установленной внизу. Именно к водопаду мы направились.
В чаше, о которую разбивалась вода, лежала гигантская раковина. Из нее еще богиня Венера вышла на землю? Или нет? А такие гигантские моллюски разве бывают? По-моему капитан Немо еще ее показывал гостям. Все перемешалось у меня в голове.
Раковина была закрыта. Так и на что тут нужно нажать? А внутри жемчужина? Я вопросительно посмотрела на моих спутников.
— Она уже давно закрыта. И, да, отвечая на ваш вопрос, я не могу ее открыть, сколько бы не пытался. Я не знаю, что внутри, — Азур ответил сразу на все мои вопросы.
Умный, обалденно прекрасный, проницательный, одним словом — мечта, а не дракон. И не надо, Золтон, на меня так зло смотреть, будто дыру хочешь проделать. Я же вот восхищаюсь сапфиром «Звезда Индии». Крупнейшим звездчатым сапфиром моего мира. Но я не собираюсь его похищать, как те придурки, что сделали это. Правда его потом нашли спустя три года, но я ничего похищать не собираюсь. Даже руками трогать не буду.
— И что нам делать? — решила я задать вопрос по существу.
Мы стояли рядом с водопадом и смотрели на закрытые створки раковины.
— Мы с Гарбом уперлись в стену горшка с пальмой и сдвинули створку. Может, попробуем? — снова внесла я предложение.
— Ну давай попробуем. Все равно других идей нет, — кивнул Азур.
Мы уперлись в место схлопывания раковины и попытались ее поднять. Совершенно бессмысленно. Она и не думала поддаваться.
— Идеи? Ваша очередь, — поняв тщетность наших попыток, спросила я.
— У меня и раньше их не было. Я много раз пытался, поняв, что мой дом катится к своему упадку. Просил Коко помочь открыть, все было бесполезно. Новых идей у меня нет, — грустно покачал головой Азур.
— Коко? Павлина зовут Коко? Как Шанель? — прыснула я.
— Шанель? У нас есть слово шпинель, что такое Шанель? — удивленно приподнял брови Золтон.
— Да так. Оговорилась. Конечно шпинель, острые такие кристаллы, — и чтобы скрыть неловкость я уселась на краю чаши с раковиной и запустила туда обе руки.
Ой. От моих рук к раковине потекла белая родовая магия!
— Азур, срочно обе руки в воду! — завопила я, но тот и сам уже увидел и, опустив обе руки в воду, выпустил красивую струю сапфировой магии.
Они переплелись как две нити из разных клубков, и эта нить ударила в соединение створок раковины, открывая ее.
— Это что? — недоуменно спросил Золтон.
— Не знаю, друг. Первый раз такое вижу. Вайолет, у тебя есть идеи? — Азур посмотрел на меня.
Идеи у меня были. По большей части устройство внутри напоминало вращающуюся центрифугу. Только уходило глубоко внутрь и на его поверхности напоминало центрифугу. Медленно вращающуюся, застревающую и тормозящую. Будто ей что-то мешало развить нормальную скорость. А еще она явно была перекошена. По опыту работы с центрифугами я знала, что колбы на противоположных концах должны быть одинаковые. Иначе ее перекосит. Нет, она продолжит работать, но вот риск что сломается быстрее — был.
Мне много раз приходилось работать с такой конструкцией, отделяя одну породу от другой, выделяя осадок, ища примеси, да мало ли что. В медицине такие центрифуги тоже использовались, когда нужно отделить плазму. Центрифуги использовались даже в сельском хозяйстве для очистки зерна, выдавливания меда из сот, выделения жира из молока.
Все это я и выдала непросвещенным драконам. Они внимательно выслушали и посмотрели друг не друга.
— Ты знаешь, как мед выдавливать из сот?
— А ты понимаешь что-нибудь в молоке?
— Нет. Мы с тобой погрязли в интригах и боях, нужно быть проще. Тогда будешь знать, что такое центрифуга.
— Предлагаю в эти вращающиеся синие колбы, наполовину заполненные магией, долить эту самую магию до конца. Мне кажется, когда они все заполнятся, вращаться она станет быстрее, — закрепила я успех.
