- Слава Богу! - слышу облегчений вздох отца, - поздравляю!
- Пап, - пропускаю мимо ушей его поздравление, - Диана в операционной. Я не знаю, что с ней. Мне не говорят. Мне нужно узнать…
- Говорил же я вам, чтобы Диана рожала в России. У меня нет связей в Лондоне…
- У нас, мне помнится, минимум три раза были врачи по обмену. И договор на…
Я хватаюсь за соломинку, но отец перебивает.
- Стоп. Скидывай мне адрес клиники, я попробую…
Я уже не услышал отца, я вижу, как выходит врач Дианы. Опускаю трубку, но не скидываю звонок. Впиваюсь взглядом в него. Наверное, весь ужас написан на моем лице.
- Что с Дианой? - выдавливаю я из себя.
Врач отвечает мне на английском, который я сейчас не могу воспринимать. Понимаю лишь, что у Дианы резко упало давление, открылось кровотечение, причина которого пока не ясна, она потеряла много крови и сейчас находится в медикаментозном сне. Ждать. Теперь нужно только ждать. Опять.
В горле стоит ком, который я не могу проглотить. Воздух сжимается, и я не могу больше вздохнуть. Непроизвольно вырывается гортанный звук, похожий на сдавленный крик.
Оседаю на диван, обхватывая голову руками. Почему она? Врач что-то ещё мне говорит, какие-то слова, чтобы успокоить, но мне тяжело. Лишь на секунду я представляю, что моей Дианы не станет, как каждую клеточку пронизывает невыносимая боль. Сдавливает, не давая пошевелиться. Я тут же отгоняю от себя паршивые мысли. Нет! Диана будет жить! Она мне нужна!
Отдаленно слышу голос отца в трубке, который зовет меня. Надо было отключить звонок. Медленно подношу трубку к уху.
- Артур! Артур! Сынок, ты слышишь?!
- Да, - выдавливаю из себя.
Горло сковало, ощущаю, будто, меня кто-то душит. Никогда ничего подобного не чувствовал. Мне страшно. Наверное, впервые в жизни страшно так, что я готов заплакать от отчаяния и бессилия.
- Артур! Все хорошо! Доктор сказал, что она жива, это главное, слышишь? Я сейчас попробую найти хоть кого-то, кто сможет помочь узнать полную картину. А тебе нужно думать о дочери! Диане сейчас ты ничем не можешь помочь.
Отец что-то ещё говорит, а я понимаю, что он прав. Что-то бурчу в ответ, и скидываю звонок.
Резко встаю и подхожу к администратору, оплачиваю круглосуточную сиделку около Дианы, потому что к ней меня не пускают, а ещё мне нужна няня, которая поможет с малышкой. Администратор тоже даёт контакты, которые мне могут пригодиться. Я благодарю и ухожу в детское отделение быстрым шагом.
Глава 34 Артур
Стоя в одиночестве на кладбище, я рассматриваю свежий букет, который был принесен до меня. Я даже не сомневаюсь, кто это сделал. Оксана Леонидовна и Александр Александрович каждый год приносят букет из бело-желтых роз. Каждый год в этот день, они встают в шесть утра, чтобы почтить память дочери первыми. Чтобы вспомнить, какой прекрасной она была. И я тоже каждый год здесь. Дарю ей свой букет белых роз. Ее любимых цветов. Букет на очередную годовщину смерти…
Моя агония закончилась давно. Осталась лишь грусть. Я уже перестал гневаться на Бога, сетовать на судьбу, на несправедливость. Я принял то, что нельзя изменить. Ее нет, но я чувствую, что иногда она рядом. Человек жив, пока о нем помнят. Пока его любят, даже если не могут обнять…
А ещё я ее благодарю за спасение моей Дианы. Возможно, звучит странно, но это именно так. Дарина спасла мою любимую Диану. Мою жену.
Когда Диана проснулась после двухдневной комы после рождения нашей доченьки, я был готов продать душу дьяволу, лишь бы она жила. Эти два дня неизвестности, страха, боли я не забуду никогда. Это был настоящий ад.
