Когда все наелись до отвала, настало время запускать фонтан. Калеб подкинул идею устроить торжественное открытие, и с его подачи Джейн попросила всех захватить из дома по бутылке с водой из-под крана. Калеб заявил, что объединенная энергия всех ее друзей должна принести ей удачу. Джейн эта идея показалась слегка чудаковатой, но, с другой стороны, это была одна из тех штучек, за которые она его любила. Те, кто не забыл, достали бутылки и по очереди вылили их содержимое в фонтан, пока тот не наполнился. Потом все встали в круг и стали смотреть. Джейн стояла у дома, держа руку на рубильнике.
– Ну, поехали!
Джейн щелкнула рукояткой рубильника, но ничего не произошло. Калеб стоял с озадаченным выражением на лице. Тут из сопла вылетело несколько брызг, а потом в воздух ударила струя воды. Все зааплодировали.
Вскоре после того, как фонтан был торжественно запущен, к Джейн подошла Грейс и сказала, что ей нездоровится.
– Отвезти тебя домой? – спросила Джейн.
– Не нужно. Развлекай гостей. Лиз меня отвезет.
– Ладно. Только не принимай свое снотворное. Я тогда после него опустошила целую пачку «Доритос».
– Кажется, я забыла предупредить тебя о побочных эффектах! – рассмеялась Грейс.
День шел своим чередом, и мало-помалу гости начали разъезжаться, рассыпаясь в благодарностях перед Джейн и Калебом за такой замечательный прием. Несколько человек даже отметили, как здорово было оказаться на мероприятии, где не нужно пить.
Несмотря на протесты Билла Клинтона, Калеб вновь надел на козла ошейник и помог Эрлу загрузить его в кузов их пикапа. Джейн, стоя перед домом, наблюдала, как они привязывают его к проушинам с обеих сторон кузова, чтобы старина Билл не выскочил во время недолгой поездки через мост.
– Постарайтесь не держать его на привязи, – посоветовал Калеб. – Он очень громко выражает свое недовольство.
Калеб на прощание почесал козла за ухом и даже, привстав на цыпочки, перегнулся через бортик и торопливо чмокнул мохнатую морду. Джейн видела, что он успел привязаться к упрямой скотине.
Эрл помог жене забраться в кабину, расплатился с Калебом и снова пожал ему руку. Пикап тронулся с места, но Калеб еще долго стоял, провожая его взглядом, а Джейн смотрела на него. Ей нравилось, что он мог быть таким чувствительным.
– Будешь теперь скучать по старине Биллу, да? – спросила Джейн, когда Калеб развернулся и подошел к ней.
– Ты что, смеешься? – ответил он. – Эта проклятая скотина и так уже проела едва ли не весь мой заработок.
Джейн рассмеялась:
– Что ж, по крайней мере, ты продал его с выгодой.
Они рука об руку двинулись к дому.
– Наверное, я все-таки буду по нему скучать, самую чуточку, – признался Калеб.
– Я так и знала. – Джейн сжала его локоть.
Проводив последних гостей и ликвидировав бо́льшую часть беспорядка, Джейн с Калебом устроились во дворе и стали слушать, как журчит фонтан.
– До чего же он красивый, – сказала Джейн.
– Да, ты сделала хороший выбор.
– Нет, я имею в виду двор. Ты отлично потрудился, Калеб. Я и ожидать не могла ничего подобного.
– Если ты составишь список, что еще хочешь видеть в своем саду, я завтра же съезжу в хозяйственный за семенами.
– За дополнительную плату?
Калеб посмотрел на нее и улыбнулся:
– Пожалуй, я предпочту взять с тебя натурой.
– Ты просто маньяк какой-то, – заключила она. – И мне это нравится. Все женщины сегодня были от тебя без ума. И их мужья и бойфренды, кстати, тоже. Похоже, тебя все любят.
– Должно быть, я покорил их своей стряпней.
– Угу, – подтвердила Джейн. – Наверняка.
Они долго молчали, сидя рядышком и глядя на двор. Джейн взяла руку Калеба в ладони. Небо становилось все темнее и темнее, в воздухе уже чувствовалась вечерняя прохлада.
– Пойдем в дом погреемся?
– Звучит заманчиво, – произнес Калеб.
Он поднялся и, взяв Джейн за руку, повел к дому. Перед раздвижной дверью он остановился, наклонился, сгреб Джейн в охапку и подхватил на руки.
– Эй, ты что делаешь?! – крикнула она.
– Вношу тебя в дом.
– Так у нас что, сегодня была свадьба, а я и не заметила?
– Нет, – засмеялся Калеб. – Я просто не хочу, чтобы ты споткнулась.
Он отнес Джейн в спальню и бережно уложил на постель. Потом улегся рядом и погладил ее по щеке. Уже вечерело, и в окно сочился голубоватый свет. Калеб долго смотрел на нее, поблескивая глазами в полутьме, и Джейн стало любопытно, какой он видит ее. Он сказал бы ей, но для этого еще не придумали слов ни в их родном языке, ни в каком другом.
Калеб поцеловал ее – так нежно, что Джейн почувствовала себя фарфоровой куклой, такой хрупкой, что он страшился разбить ее своим поцелуем. Потом Калеб осторожно расстегнул на ней блузку. Джейн выгнула спину, чтобы он мог снять с нее лифчик. Он расстегнул молнию ее штанов и стянул их. Джейн ощутила прикосновения его рук к нежной коже с внутренней стороны бедер, и по спине у нее побежали мурашки.
– Тебе холодно?
Она покачала головой.
