— Правила Долины написаны ещё до нашего рождения и не просто так. Не спускай другим их нарушения, даже самые малые. Правильно ставить себя перед другими тебе нужно уже сейчас. Иначе как ты будешь поддерживать здесь порядок, когда станешь Хранителем? Быть добрым не значит всем уступать, — мягко наставлял Аксон и изо всех сил надеялся, что Сюн его понимает.
Но при всей его внешней простоте и прямоте по Сюну иногда невозможно понять, о чём тот думает.
— Я считаю, что правила должны соблюдаться со всем осознанием, — ответил Сюн. — Если ученики не понимают причин этих правил, то соблюдать не станут. И запретами их не принудить.
— Отчасти ты прав… отчасти. Но когда ученик видит, что его застали за нарушением и не наказали, он начинает думать, что правила не важны.
— Наказания порождают либо страх, либо протест, но не прибавляют понимания.
Сюн говорил бесстрастно, но от Аксона не укрылось, что его племянник говорил о собственном опыте. О, когда Сюн был маленьким, то часто вёл себя как стихийное бедствие, и прощай покой во всей Долине. Хорошо, что он взялся за ум. А раз так, то и других учеников наставить может.
— Вот что, Сюн. Раз ты настаиваешь, то я поручаю тебе проводить разъяснительные беседы со всеми нарушителями. Если их бунтарский дух не возьмут разговоры, и они снова нарушат правила, то встретятся с прутом. Полагаю, это будет хорошим компромиссом.
Сюн сложил руки в почтительном жесте.
— Как скажет Хранитель.
Лань просидела в библиотеке несколько часов, обложившись книгами и свитками. Ученики, заставшие её за столом, смотрели с удивлением, но ничего не говорили. С чего бы? Лань же никому не мешала. Она просидела в библиотеке до ночи, и когда колокол зазвонил отбой, всё ещё листала страницы.
В который раз ей на глаза попался круг стихий. Несмотря на то, что молния стала полноправной силой ещё сто двадцать лет назад и даже имеет отдельное княжество, где эту стихию наиболее чтут и практикуют, в учебниках до сих пор рисуют шестиугольник.
— Наверное, потому, что семиугольник будет выглядеть криво, — усмехнулась вслух Лань, но стоило ей оглядеть стопки книг вокруг себя, тут же приуныла. — Я это и за сто лет не изучу! Ну, то есть музыканты вполне доживают до ста лет, но не все же сто тратить на учебники! Эх…
С какой страстью она когда-то слушала истории о древних шаманах, которые барабанами заклинали землю на богатый урожай, а железо на крепкость и гибкость. Как музыканты могли играть на тетивах луков и выпускать в поле «поющие стрелы».
Лань в детстве тоже пыталась сделать такую стрелу, но ничего не выходило. Свист получался как от сквозившего окна — ничего от музыки. Дома она часто сидела на балкончике под дуновение горячего ветра и насвистывала случайные мелодии, пока однажды сам ветер ей не ответил.
Лань вложила в свой свист простое желание: «Спой мне». И прилетевший тёплый ветерок начал играть висящими дощечками за её спиной, коснулся колокольчика и свистнул в узкой трубе. Лань так удивилась и обрадовалась, что с тех пор звала ветер на том балконе почти каждый вечер. Со временем, он и впрямь стал ей отвечать. Лань поняла, что может быть заклинателем.
В Редауте ценят музыкантов пламени, почти все из них на службе у правителя. Однако в княжестве огня и вулканов почти не заклинают ветер. Даже флейт не продают. Лань пришлось искать рощицу бамбука и делать себе инструмент. Несколько лет Лань пыталась заниматься сама, но все её успехи были так малы по сравнению с тем, что описывалось в книгах, что Лань решилась покинуть дом, чтобы найти школу и научиться играть как настоящий музыкант.
На территории любого княжества можно встретить заклинателей разных стихий, но каждое всё же имело одну преобладающую из-за особенностей местности. Поэтому Лань отправилась в Ванлинд — княжество высоких гор и сильных ветров, где были самые могущественные школы ветра.
— И вот я оказалась самым большим неучем в истории школы! Сижу на занятиях рядом с детьми!
Лань от досады уткнулась лбом в книгу. Взгляд ухватил знакомые фразы, и она встрепенулась.
— О, это я читала, — пробормотала она и продолжила изучать учебник.
Холодный рассвет застал её спящей на столе. Лань открыла глаза от солнечных бликов, широко зевнула и поёжилась. Который час?
— Вот ты где!
За спиной послышался голос запыхавшегося человека. Лань обернулась и увидела девочку с веснушками, Нави, и выглядела та недовольной.
— Наставница поручила тебя найти. Ты пропустила завтрак и вот-вот пропустишь начало урока! — девочка развела руки, чтобы показать размер катастрофы. — Скорее идём, а то тебя накажут.
— Накажут? Меня? — глупо переспросила Лань. Её ещё никогда в жизни не наказывали.
— И меня заодно, если я тебя не приведу.
— А тебя-то за что?
— Нет времени объяснять! Идём.
Сюн сидел перед толпой нарушителей правил и не знал, что ему говорить. Хранитель Долины назначил его младшим наставником, да ещё и обставил всё так, словно Сюн этого сам захотел. А он не хотел.