— Да так, вспомнила кое-что, — в том же тоне ответила я, вмиг став серьёзной.
Мы направились к магазину одежды. Саша и Женя немного опередили нас и о чём-то переговаривались.
— Эй, подружки, — шутливо окликнула их Дашка, — о чём секретничаете?
— Пусть разговаривают, — улыбнувшись, я слегка дёрнула сестру за рукав коричневой куртки. — Они же давно не виделись.
— Но они же не одни здесь, — девушка поставила руки в бока, — пусть и с нами поговорят!
Евгений обернулся и приподнял бровь.
— Уж со мной ты постоянно болтаешь, — насмешливо произнёс он. — Ещё не надоело?
— Поверь, ей не надоест, — заключил Алексей, а Даша одобрительно кивнула.
Нас поприветствовал консультант, и парни ушли на поиски костюма, а мы с сестрой начали выбирать наряды для себя. Из всех понравившихся вариантов Даше подошло по размеру платье из лёгкой ткани мятного цвета с круглым вырезом, рукавами «три четверти» и ассиметричной юбкой. Девушка не хотела покупать традиционное белое платье, ведь мы не собирались устраивать пышное торжество: будет просто церемония бракосочетания и вечер в кафе.
Сестра предложила мне примерить тёмно-синее, слегка переливающееся блёстками, прямое платье с полупрозрачными длинными рукавами. Я сомневалась, что этот наряд подойдёт, но всё же направилась к примерочной, напротив которой вальяжно сидел на диванчике Алекс, уткнувшись в телефон.
Закрыв штору, я переоделась. Взглянув на себя в зеркало, поняла, что платье слишком короткое, а зона декольте немного откровенная.
— Смотри, оно мне не подошло, — выйдя из кабинки, я показалась Даше.
Парень поднял голову и с любопытством прошёлся глазами по платью, остановившись на бёдрах. Блондин едва сдерживал ухмылку.
Как же смущает…
Тут же подошли Лёша и Женя, державший вешалку с чёрным классическим костюмом.
— Ого, да ты секси, Мира, — оскалился Алексей, положив ладонь мне на плечо. Даша скептически приподняла бровь, скрестив руки под грудью. — Если ты так нарядишься на нашу свадьбу, я буду очень рад.
— Ой, прекрати, — застенчиво улыбнулась я.
— Переодевайся, Мира, не то этот извращенец тебя съест, — шутливо покосилась сестра на Лёшу.
Я скрылась за шторкой. Когда вспомнила откровенный взгляд Саши, улыбка тотчас исчезла с лица. Впредь нужно не обращать внимания на этого парня. На словах, конечно, легко…
Александр
Зайдя в Большой зал консерватории, я почувствовал прилив ностальгии. Сегодня здесь будут играть бывшие выпускники, и среди них — Мира. Я зацепился за малейшую возможность увидеть её на сцене.
Постепенно помещение заполнилось студентами и преподавателями. Вдалеке я заметил Анну Аркадьевну и Элеонору Викторовну, но решил подойти к ним после концерта и сел почти в конце зала, чтобы не попасться никому на глаза.
В шесть часов под аплодисменты зрителей из артистической комнаты вышел заведующий кафедрой специального фортепиано — Яков Михайлович Бережной. Он выразил благодарность всем, кто пришёл на концерт, коротко рассказал об участниках вечера и объявил первого пианиста. Всего было четыре выпускника, один из них на год младше меня по курсу, а две другие девушки окончили консерваторию, когда я только поступил.
Мирослава завершала концерт. Вспомнив популярное выражение «самые лучшие выступают последними», я почувствовал гордость и немного подался вперёд. Блондинка поклонилась и села за рояль, расправив длинное чёрное платье. Положив небольшой платок возле пюпитра, девушка едва заметно вздохнула и, поднеся руки к клавиатуре, начала играть «Кампанеллу» Листа. Её пальцы изящно порхали над клавишами, создавая нежные звуки. Слушать такое утончённое исполнение — полное наслаждение. Я расслабленно откинулся на спинку кресла, довольно улыбнувшись.
Несомненно, Мира усовершенствовала свою игру. Видно, что она свободно чувствовала себя на сцене. Под руками девушки рояль издавал разнообразные по характеру звуки, рассыпающиеся, словно бусинки. И в техническом плане она обогнала меня. Если бы сыграл сейчас перед Мирославой какой-нибудь этюд, она наверняка бы посмеялась, потому что в последнее время я очень редко подходил к фортепиано.
А потом блондинка начала играть Первую балладу её любимого композитора — Фридерика Шопена. Я ощутил на себе почти гипнотическое воздействие этого произведения. Пианистка словно создала невидимую нить между собой и зрителями. Это была тончайшая связь, с помощью которой музыка будто вводила в транс слушателя, и для него отныне не существовало мира вокруг: он видел только рояль, исполнителя и само произведение. Обычно после заключительного такта зритель долго не может прийти в себя. Если артист добился такого эффекта, то выступление удалось на славу.
Этим вечером Мира произвела на всех большое впечатление. Гости долго аплодировали ей вслед, а затем на сцену вышли все участники концерта. Яков Михайлович поблагодарил за внимание и поздравил выпускников с успешным выступлением.