Неужели он не мог порадоваться свадьбе брата?
Женя вывел Дашу из-за стола, и они, обнявшись, стали покачиваться в такт медленной музыке. Оживившись, Алексей протянул мне руку, приглашая на танец, и, накрыв его ладонь своей, я поднялась вслед за парнем. Он положил левую руку на мою талию, и мы начали танцевать.
Возлюбленный не отрывал от меня заворожённого взгляда, изучая моё лицо глазами, казавшимися в полутьме тёмными. Я тепло улыбнулась, уронив голову на грудь парня. В очередной раз я поняла, что мне повезло с ним. Лёша очень заботливый, искренний. И обнимать его приятно…
Почему-то мне стало интересно, что чувствовал сейчас Алекс. Я неосознанно посмотрела на блондина, который безразлично пил маленькими глотками вино, сверля взглядом стену. Такая реакция меня слегка разочаровала. В глубине души я хотела уязвить бывшего парня, но похоже, ему было всё равно.
— Слушай, этот Саша уже бесит со своим кислым лицом, — процедил на ухо Алексей. — Он всегда так себя ведёт?
Я хмыкнула.
— Нет, не всегда, — ответила, тут же вспомнив, как Алекс признался мне в любви пять лет назад. Тогда он смотрел на меня очень ласково, нежно касаясь моего лица. Видимо, теперь Левицкий решил закрыться от всех, прикрываясь флегматичным поведением.
— Он ведёт себя так, будто пришёл на свадьбу к чужому человеку, — высказал свои мысли Лёша.
Я промолчала. Не знаю, что у Саши творилось в голове, но со стороны он и правда казался безразличным ко всему вокруг.
Александр
Мне было невыносимо смотреть на Миру, обнимавшую Алексея. Я едва сдерживал гнев и отчаяние, накопившиеся внутри, словно яд. Главное, не выплеснуть этот яд наружу: иначе я испорчу праздник.
Отвернувшись от танцующих, я сделал пару глотков вина, со злостью сжав бокал пальцами. Удивительно, что он не разбился тогда.
— Саш, — легонько похлопал по спине отец. — Ты сегодня слишком много пьёшь. Остановись, пожалуйста.
— Завидуешь? — пытался пошутить я. После болезни папе нельзя было принимать алкоголь некоторое время, поэтому он ограничился вишнёвым соком.
— Нет, ты и правда уже много выпил. Не стоит так пить.
— Это из-за той девчонки? — вмешавшись в разговор, с сожалением кивнула мама на Мирославу. — Она мне очень понравилась. Милая, добрая, воспитанная — не как Вика.
При упоминании имени бывшей я скривился и, поставив локти на стол, устало потёр лицо ладонями.
— А Лёша прилично зарабатывает, — припомнил мужчина недавний рассказ парня о том, что он работает в семейной стоматологической клинике. — Может, ты вернёшься в мою компанию и будешь работать там? Тогда составишь хорошую конкуренцию Алексею.
— Нет, папа, дело не в деньгах, — горько усмехнулся я, прерывая воодушевлённую речь отца. — Ты и сам должен это понимать. И вообще, как наш разговор перешёл к работе? Когда ты выздоровел, я сразу тебе сказал, что не хочу работать в офисе.
— И кем ты будешь работать? — завёлся мужчина. — Преподавателем в музыкальной школе?
— Да! — выпалил я. — Чем тебе не нравится эта профессия? Лучше возиться с детьми, чем с кучей бумаг.
— Делай, что хочешь, — в порыве гнева отмахнулся отец. — Только потом не проси у меня денег.
— Не волнуйся, не попрошу, — усмехнулся я, наблюдая, как обе пары садились на стулья. — Я пойду, покурю.
Мира проводила меня нахмуренным взглядом, и я не спеша вышел из кафе.
Мирослава
Кажется, Саша повздорил с отцом. Когда я вернулась к столу, оба были напряжены, а Вера Фёдоровна переносила тревожный взгляд то на мужа, то на старшего сына.
— Что-то случилось? — вежливо поинтересовалась Даша, когда Алекс вышел из зала.
— Да так, ничего, — отмахнулся Михаил Сергеевич, поправив голубой галстук.
У Лёши зазвонил мобильник, и, извинившись, он вышел за дверь, ответив на звонок. Тем временем официант принёс нам десерт: клубничный торт, украшенный бледно-розовым кремом и ажурными бабочками из застывшей глазури. Предварительно торт разрезали и разложили по блюдцам.
— Ох уж Александр, — задумчиво проговорила Вера Фёдоровна, и съела кусочек десерта. — Как же он ревнует Миру…
Я чуть тортом не поперхнулась. Зачем она это говорит нам? Хорошо, что не при Лёше.
— Ой, вы тоже это заметили? — захихикала сестра на моё удивление. — Он так бесится, когда видит Миру рядом с Лёшей. А когда они танцевали, вообще готов был взорваться.
— Вы шутите? — вскинула я брови. — Вам показалось, наверное. Саша не станет меня ревновать, это глупо.
— Как видишь, Александр поддался глупому порыву, — сцепив пальцы в замок, обворожительно улыбнулся Левицкий-старший. — Он всё ещё любит тебя, девочка. Натворил, конечно, много чего, и теперь раскаивается. Ты ведь его тоже любила?
Ответить я не успела: в зал вернулся Алексей, и мы быстренько свернули этот разговор. После слов Михаила Сергеевича на душе остался неприятный осадок. Почему все внезапно решили покопаться в прошлом? Это уже начинало раздражать.
Александр