Из недр небесных всходит гений[14],соединитель поколений,комета с ледяным хвостом.Он странен как закон природы.Он страшен, как страшны уроды.Но есть таинственность и в том,как хищно маленькие душивгрызаются в чужие уши,как, утвердить себя стремясь,недоумытые поэтымаракают автопортретыи дарят с надписями грязь,как недознайки, недосмейкисадятся хором на скамейки,на стенки лезут и поют.Везде один и тот же голос,не отличимый ни на волос:МЫБЫЛИЗДЕСЬМЫБЫЛИТУТСойдет за славу и позор нам,ползем на небо ходом черным,а сатана играет туш.Но погодите же… а вдруг выпрочтете сквозь немые буквыинициалы наших душ?О, поглядите же на стены,они нам заменяют сценыи трубы Страшного суда.Ах, как же вы не догадались,мы были здесь, и мы осталисьи остаемся навсегда<p>«Дано мне тело – что мне делать с ним?»</p>

Вот, кстати, о неудобстве жизни с участием организма. Свежее (2013) письмо на электронный адрес.

Владимир Львович! Как человек должен относиться к своему телу? Любовь к телу бездуховна? Ненависть к телу духовна? Что есть наша физическая плоть, как не провиант для могильных червей? К тому же оно является источником постоянных забот – его нужно кормить, одевать, обувать, греть, лечить и т. д. – на всё это уходит много времени, сил и денег. А сколько эмоциональных неудобств связанных с телом – одна необходимость испражняться чего стоит… Не зря же люди прячутся в туалетах, когда хотят разгрузиться. Если бы эти вопросы задали богу, как вы думаете, чтобы он ответил? Ваш читатель.

Старенькие, потрепанные вопросы, как из прошлых веков. Не поймешь, кто пишет: заплутавшийся в уплощенных представлениях о духовности верующий (но почему «богу» – с неуважительной буквы?), или прикалывающийся атеист, делающий вид, будто не понимает, что обращается не к попу-батюшке, а к врачу, для которого тело по определению свято.

Если верующий христианин или иудаист, то должен бы знать сто тридцать восьмой Давидов псалом со строками:

Ибо Ты устроил внутренности моии соткал меня во чреве матери моей.Славлю Тебя, потому что я дивно устроен.Дивны дела Твои, и душа моя вполне сознает это.Если атеист или агностик, мог бы свериться с Мандельштамом:Дано мне тело – что мне делать с ним,Таким единым и таким моим?За радость тихую дышать и житьКого, скажите, мне благодарить?Я и садовник, я же и цветок,В темнице мира я не одинок.На стекла вечности уже леглоМое дыхание, мое тепло.Запечатлеется на нем узор,Неузнаваемый с недавних пор.Пускай мгновения стекает муть –Узора милого не зачеркнуть.

Просит, чтобы ответил от Имени… Ну, рискнем.

* * *

Недотворенное творение мое, дитя глупое и любимое, человечек мой! Знал бы ты, как мне понятны твои сомнения и страдания, как я чувствую их с тобой вместе, тобой чувствую, как стараюсь помочь… Но не перескочить через ступеньки делания, не пройти путь иначе как шаг за шагом, не подняться к вершине, не одолев ведущих к ней троп и круч.

Перейти на страницу:

Все книги серии Доверительные разговоры

Похожие книги