Продолжение истории человека, попавшего в свою молодость. Он уже начал менять свою жизнь, но насколько далеко он готов пойти? Получается ли это, вообще? Судить вам, если вы не против юмора, здорового цинизма и легкой пошлости…
На работе постепенно становилось все сложнее работать. Не потому, что звонков не было. Они как раз были, я нашел еще две телеконференции по металлу, подал туда объявления. Одна была московская, а другая прибалтийская. Я очень хотел найти именно прибалтийскую по купле-продаже металла. Ведь именно в ней я разыскал телефон людей, с которыми заключил самый большой договор, тогда, в своем первом 1993 году. Это был контракт на поставку бронзового сплава БрО3.5Ц7С5, мы его называли просто «Бро». Отправили его тогда 600 тонн, 10 (десять) вагонов. Целый эшелон с бронзой!
Правда, тогда меня с этого договора сразу подвинули. Так как сумма была астрономической, занимался договором сам Еврей Палыч. Я пробовал было возмущаться, но меня быстро осадили: «Ты в поставках за границу что-то понимаешь? Таможня, декларирование… Вот сиди и не выпендривайся. Получишь большую премию, за то что дал контакт этих людей. И ВСЕ!». Контрагент был из Латвии, а это уже была заграница. Премию мне выплатили, хоть и не такую большую, как я ожидал. Ведь я только узнал телефон, да провел первые телефонные переговоры. Просто постоял рядом с "Таймом", получается.
Эта премия была чуть ли не последней, что я заработал той осенью. У Ефрема Павловича возникли проблемы с ломом цветного металла, а значит и готовым металлом тоже. Нечего стало продавать. Те крохи, что были, он распределял сам, остальное продавали «менеджеры», Валера с Андреем. На мою долю ничего не оставалось. Видимо тем, кто продавал нам лом, наконец, стали задавать вопросы. Что за «Тайм», почему мы продаем ему, а на ВЦМ? И почему мы покупаем потом металл по повышенной цене, а не отпускной, с завода?
Я оказался почти что не у дел. Ефрем Палыч стал постепенно понимать, что компьютер это только инструмент, любой может его освоить и никакой особой доблести тут нет. Он переехал в большой офис, сделанный из двух купленных квартир, около УПИ. Там появилось два телефона и постепенно стали появляться новые сотрудники. Меня туда не звали. Позже я понял, почему. У них появился компьютер и за ним сидел молодой человек. По внешнему виду родственник Еврея Палыча.
В этой реальности мне тоже не дали работать с прибалтами. Я тянул до последнего, чтобы Еврей Палыч не узнал о моих переговорах с ними. Хотел покрепче замкнуть их на себя. Но у меня не было для этого возможностей. Металл-то ведь поставлял "Тайм"! Как только шеф узнал, что я веду какие-то переговоры о поставке крупной партии бронзы, выясняю таможенные пошлины, узнаю про документы, требующиеся для поставок за границу – мне задали соответствующие вопросы. Я ответил, что не хотел предоставлять информацию частично. Хотел предоставить полный расчет… но меня быстро осекли.
– И ты думаешь, что вот так, с бухты-барахты, разберешься? У тебя и так своих дел полно. Сам ведь говорил, что не надо хвататься за новую идеи, пока старые не развиты. Что там у тебя с картотекой? А что касается таможни… Есть у меня человек, который займется этой темой.
Я еще немного посопротивлялся, но десяти вагонов бронзы на моих подъездных путях – не наблюдалось. Да и самих ж/д путей не было. Я, по сути, торговал воздухом. Пришлось отдать телефон, чтобы получить хоть какую-то премию. Только потом вдруг понял, что Ефрем Павлович в разговоре со мной упомянул Латвию. Хотя я про страну поставки – ничего не говорил… Значит, информация, которую он получил, была гораздо полнее, чем я думал…
«Елена» переехала в большую комнату, которую раньше занимала бухгалтерия института. Наше крыло здания, целиком, взяла в аренду какая-то большая организация. Она торговала телевизорами оптом, а у института был большой закрытый двор, подвал. Они и их взяли в аренду. Нам предоставили другую площадь. Проектный институт, кажется, кроме аренды больше ничем не занимался. Фирма Инги съехала совсем. Она зашла попрощаться и я, наконец, высказался по поводу её отношений с мужем. Посоветовал ей оставить его и найти другого человека, пока молода и красива. Бухгалтера стали гораздо больше зарабатывать, только надо было постоянно учиться, чтобы знания были актуальными. Моя знакомая по институту, была абсолютно независима от мужа, Коли Аршавина, кстати. Родила дочку и без проблем разошлась с ним. Купила квартиру. Правда, это было уже позже. У Инги же квартира была и я вообще не видел препятствий для развода. Инга посмотрела на меня удивленно, другими глазами. Поблагодарила за совет, ведь она тоже уже склонялась к такому мнению, только боялась остаться одна. Я сказал, что трахаться может пока со мной, пожелал ей удачи и взял ее домашний телефон, для связи. Мы посмеялись и расстались.
