Мемуары гейши полностью

– У нас у всех бывают такого рода проблемы время от времени, – заметила госпожа Окада. – А что, госпожа Нитта, вы имели в виду, предлагая Мамехе дополнительные десять процентов? Думаю, вы говорили о десяти процентах сверх двойной оплаты, изначально предложенной ей.

– Если бы я только могла, – сказала Мама.

– Но вы предложили это только минуту назад. Вы же не могли за минуту изменить свое решение?

Госпожа Окада уже не смотрела в стол, а устремила взгляд на Маму. После долгой паузы она сказала:

– Давайте пока оставим этот разговор. В любом случае мы много сделали для одного дня. Почему бы нам не встретиться в другой раз и не определиться с окончательной цифрой?

Мама кивнула в знак согласия и поблагодарила обеих за приход.

– Уверена, вы довольны, – сказала ей госпожа Окада, убирая свою бухгалтерскую книгу, – что у Саюри скоро появится данна. И это уже в восемнадцать лет! В столь раннем возрасте сделать такой важный шаг…

– У Мамехи данна появился в этом же возрасте, – заметила Мама.

– Многие девушки в восемнадцать лет слишком молоды, – сказала Мамеха, – но в случае с Саюри, думаю, госпожа Нитта приняла правильное решение.

Мама на какое-то время взяла в рот трубку, глядя на сидящую напротив Мамеху.

– Советую вам, Мамеха-сан, – сказала она, – обучить Саюри игре глазами.

– Я никогда не позволяла себе обсуждать с вами вопросы бизнеса, госпожа Нитта, уверена, ваше решение – лучшее… Но можно задать небольшой вопрос? Действительно ли самое щедрое предложение поступило от Нобу Тощикацу?

– Оно единственное, поэтому его можно назвать самым щедрым.

– Единственное предложение? Жаль… Условия обычно более выгодные, когда в торгах принимают участие несколько мужчин. Вы не находите?

– Как я уже говорила, Мамеха-сан, прошу оставить вопросы бизнеса мне. У меня существует очень простой план добиться выгодных условий от Нобу Тощикацу.

– Если вы не возражаете, – сказала Мамеха, – могу я его услышать?

Мама положила свою трубку на стол. Думаю, она хотела сделать замечание Мамехе, но на самом деле сказала:

– Да, я могу рассказать. Надеюсь, ты мне поможешь. Думаю, Нобу Тощикацу станет щедрее, если узнает, что наша Грэнни умерла от обогревателя, изготовленного «Ивамура электрик». Как ты думаешь?

– О, госпожа Нитта, я совершенно не разбираюсь в бизнесе.

– Пожалуйста, ты или Саюри расскажите в беседе с ним в следующий раз эту историю о том, какой страшный взрыв произошел. Думаю, ему захочется для нас что-нибудь сделать.

– Уверена, это отличная идея, – сказала Мамеха. – Госпожа Нитта, мне кажется, еще один человек проявляет интерес к Саюри.

– Сто йен – это сто йен независимо от того, какой мужчина их приносит.

– Это справедливо в большинстве случаев, – сказала Мамеха, – но человек, о котором я думаю, – Генерал Тоттори Уносуке…

В этот момент беседы я потеряла нить разговора, начиная осознавать, что Мамеха делает попытку избавить меня от Нобу. Я этого, конечно, не ожидала.

Я не понимала, то ли она изменила свое мнение относительно помощи мне, то ли благодарила меня за то, что я приняла ее сторону в споре с Мамой… Конечно же, возможно, она на самом деле и не пыталась помогать мне, а имела совсем иную цель. Мой мозг перескакивал с одного предположения на другое, пока я не почувствовала, что Мама стучит по моей руке трубкой.

– Можно? – спросила она.

– Госпожа?

– Я спрашиваю, знаешь ли ты Генерала?

– Я встречала его несколько раз, Мама. Он часто приезжает в Джион.

Не знаю, почему я так ответила. Действительно, я несколько раз встречала Генерала. Он приезжал на вечеринки в Джион каждую неделю, хотя всегда в качестве гостя. Он очень быстро передвигался, курил одну сигарету задругой, и его постоянно окружали клубы дыма. Однажды, немного выпив, Генерал долго рассказывал мне о различных воинских званиях и находил очень забавным, что я их путала. Генерал имел звание шо-е, что означало маленький генерал. Другими словами, самый низший генеральский чин, а я по глупости думала, что это значит маленького роста.

Мамеха сказала Маме о присвоении Генералу нового звания. Он отвечал за что-то, что называлось «военная поставка», хотя, как объяснила Мамеха, его задачи мало отличались от задач домохозяек, посещавших рынок. Если, например, в армии не хватало чернил, Генерал обеспечивал ее чернилами и желательно по самой выгодной цене.

– Получив повышение, – сказала Мамеха, – Генерал теперь может захотеть завести любовницу. Я уверена, что ему нравится Саюри.

– Почему меня должно волновать то, что ему нравится Саюри, – сказала Мама. – Эти военные никогда не заботятся о гейшах так, как бизнесмены или аристократы.

– Может, это и правда, госпожа Нитта, но, думаю, новая должность Генерала Тоттори может сослужить хорошую службу окейе.

– Чушь! Моя окейя не нуждается в помощи. Все, что мне нужно, – постоянный щедрый доход, а этого военный дать не может.

– Нам, живущим в Джионе, можно сказать, повезло, – сказала Мамеха. – Но лишения могут коснуться и нас, если война продолжится.

– Да, я с вами согласна, – кивнула Мама, – но война завершится не позже чем через полгода.