Чтобы лучше понять то, что я собираюсь рассказать, необходимо хотя бы вкратце напомнить, каким оказалось положение Португалии и Испании после заключения Тильзитского мира. В 1807 году португальскую корону носила вдова короля Педро III донна Мария. Принцесса была безумна, и регентом был назначен ее сын. Он правил вместо нее и царствовал под именем Жуана VI. Португалия — страна в основном горная, в ней мало больших дорог. Бесплодные скалы, населенные полудикими пастухами, отделяют ее от Испании. Только с другой, южной стороны гор, на морском побережье, в долинах рек Тахо (по-португальски называемой Тежу), Мондегу, Дуэро (Дору) и Миньо есть плодородные земли и цивилизованное население. На этих богатых землях не было ни одной фабрики, и англичане принялись развивать здесь свою торговлю и промышленность. Они сделали из этой земли своего рода колонию. Но, используя местные богатства, англичане не обременяли себя управлением:
Наполеон давно уже выжидал случая прогнать отсюда англичан и разрушить их торговлю. После Тильзита он счел, что время настало.
Чтобы завершить Континентальную блокаду, он приказал Португалии закрыть для англичан все порты. Исполнить этот приказ было непросто, поскольку португальцы жили только торговлей с англичанами, обменивая сырье на промышленные товары. Читая далее мои
В сентябре 1807 года император собирает в Байонне 25-тысячную армию. Задача, которая ставилась перед ней, — захват Португалии. Но при этом он совершает две серьезные ошибки: первая из них — он формирует экспедиционный корпус из новых полков; вторая — назначает командующим этой армией генерала Жюно.
Наполеону часто случалось ошибаться в выборе людей. Он руководствовался скорее чувствами, чем целесообразностью. Армия видела в Жюно скорее очень храброго воина, чем настоящего предводителя. Увидев его впервые, я был поражен и обеспокоен растерянным выражением его глаз. Его конец подтвердил мои опасения. Известно, как началась его карьера. В траншее под Тулоном простой фурьер батальона волонтеров департамента Кот-д’Ор удачным словом завоевал дружбу артиллерийского капитана Бонапарта. Он последовал за будущим императором в Египет, был командиром гарнизона в Париже, стал его послом в Лиссабоне. Веселый нрав, безусловная доблесть, репутация храбреца, даже его расточительность снискали ему и симпатию высокопоставленных лиц, и популярность у народа. В конце концов, успехи Жюно в Португалии сыграли решающую роль. Император назначил его командующим армией. Это могло иметь некоторые положительные стороны, если бы не непредсказуемость характера этого человека.
Испания считалась нашей союзницей и должна была поставлять продовольствие и обеспечивать пребывание наших войск на ее территории. В обязанности командующего входило проследить за исполнением этих условий. Но Жюно, ни о чем не позаботившись, 17 октября ввел свою армию в Испанию и повел свои колонны по маршрутам, совершенно не подготовленным к движению войск, которым в результате пришлось ночевать под открытым небом и довольствоваться только половинным рационом.
Был конец осени. Армия двигалась по отрогам Пиренеев, климат здесь очень суров. Вскоре вся дорога была усеяна несчастными больными или отставшими и изнемогшими от усталости и голода солдатами. Испанцы со всех сторон стекались, чтобы посмотреть на победителей Маренго, Аустерлица и Фридланда, оказавшихся в столь ужасном положении! Они увидели хилых, с трудом выдерживающих вес своих ранцев и оружия новобранцев, чей поход больше походил на эвакуацию госпиталя, чем на движение победоносной армии. На испанцев эта грустная картина произвела плохое впечатление, на следующий год обернувшееся катастрофой.
Наполеон презирал жителей Пиренейского полуострова. Он считал, что достаточно показать им французскую армию, чтобы привести их к повиновению. Это убеждение обернулось роковой ошибкой! Не зная о всех трудностях, которые встретила армия Жюно на марше, император слал приказ за приказом: продвигаться быстрее.
Жюно старался исполнить распоряжения императора. Вскоре его армия новобранцев, в сущности еще детей, растянулась по всей дороге от Байонны до Саламанки. К счастью, испанцы в этот момент еще не вступили в войну с Францией. Тем не менее, видимо, для того, чтобы набить руку на будущее, они все же убили с полсотни наших солдат.
