Положение двух армий в этот момент было довольно странным. Их противостоящие фронты напоминали своей конфигурацией две стоящие рядом буквы Z. Действительно, левый фланг австрийцев, расположенный в Маркграфнойзидле, отступал перед нашим правым флангом, тогда как оба центра удерживали друг друга, а наш левый фланг отступал вдоль Дуная перед правым флангом неприятеля. Обе стороны имели, казалось, равные шансы на успех. Однако эти шансы оказались на стороне Наполеона, прежде всего потому, что было более чем вероятно, что деревня Маркграфнойзидль, в которой единственным очагом сопротивления была башня старых укреплений, не могла долго продержаться против атак маршала Даву, атаковавшего со свойственной ему энергией. Легко было предсказать, что, как только Маркграфнойзидль будет взят, левый фланг австрийцев окажется подавленным нашими превосходящими силами и, не имея никакой поддержки, отступит, отделившись от центра, в то время как наш левый фланг, хотя и разбитый в этот момент, отодвинется к острову Лобау под прикрытие расположенных там артиллерийских батарей, способных помешать австрийцам развить свой успех. Кроме того, Наполеон занимал
Но вскоре тревога улеглась — успех австрийцев продлился недолго, так как сто орудий большого калибра, которые Наполеон предусмотрительно установил на острове Лобау, открыли ужасный огонь по правому крылу неприятеля, и тому пришлось остановить свой триумфальный марш и, в свою очередь, отступить, иначе он был бы уничтожен. Тогда Массена смог перестроить свои дивизии, потери которых были значительны. Мы думали, что Наполеон, воспользовавшись беспорядком, произошедшим в правом крыле австрийцев из-за обстрела с острова Лобау, атакует его своими резервами: маршал Массена даже послал меня к нему за распоряжениями на этот счет. Но император, оставаясь бесстрастным, со взглядом, устремленным к правому краю, на Маркграфнойзидль, который стоял на возвышенности, увенчанной высокой башней, заметной со всех точек поля боя, ждал, пока Даву, разбив левый фланг австрийцев, не отбросит их за Маркграфнойзидль, бдительно охраняемый принцем Гессен-Хомбургским, раненным во время этого боя.
Вдруг мы увидели, как дым от пушек маршала Даву поднимается за башней Маркграфнойзидля… Сомнений не оставалось: левый фланг австрийцев побежден!.. Тогда император, повернувшись ко мне, сказал: «Спешите сказать Массене, что он должен обрушиться на всех, кто находятся перед ним, и сражение выиграно!..» В тот же момент адъютанты различных корпусов были тоже посланы к своим командирам с приказом об общей одновременной атаке. И в этот торжественный момент император Наполеон сказал генералу Лористону: «Возьмите сто орудий, шестьдесят — из моей гвардии, и разбейте врага». Эта прекрасная батарея сломила австрийцев, а маршал Бессьер атаковал их шестью полками карабинеров и кирасир, которых поддерживала часть гвардейской кавалерии. Напрасно эрцгерцог Карл строил свои войска в многочисленные каре, их сминали, они теряли орудия и большое количество людей. Пехота нашего центра под командованием Макдональда тоже выступила вперед. Деревни Зюссенбрунн, Брайтенлее и Адерклаа были взяты после упорного сопротивления.
А в это время маршал Массена не только снова овладел тем участком, с которого ушел наш левый фланг, но, энергично наступая на врага, он отбросил его за деревни Штадлау и Кагран.
Наконец, маршал Даву с поддержкой Удино занял все высоты за Руссбахом и овладел Дойч-Ваграмом! С этого момента сражение австрийцами было проиграно, они начали отступать по всему фронту, в полном порядке отходя в сторону Моравии через Зауринг, Штаммерсдорф и Штреберсдорф.
