мышленного сюжета и переходит к реальности, сообщая в Приложении читателю некоторые факты, подтолкнувшие его к написанию книги, и об определенных открытиях, которые ему удалось сделать в ходе подготовительной работы. В частности, перлюстрируя переписку [228] флорентийского посланника при французском дворе, опубликованную Дежарденом-Канестрини в шестом томе «Дипломатических переговоров Франции и Тосканы» в 1886 году, он обратил внимание на то, что в документации существует значительная лакуна, охватывающая период с декабря 1598 по осень 1599 года – времени кульминации брачных метаний Генриха IV. [140] Случайно выйдя на малоизвестную книгу бельгийского историка Жака Болля «Почему убили Габриэль д’Эстре?» [141], В. Флейшгауэр выяснил, что последнему удалось-таки найти недостающие документы в архиве Медичи во Флоренции в начале 50-х годов XX века. Более того, Ж. Болль объяснил, почему важнейшая часть переписки не попала в упомянутое издание Дежардена: она была зашифрована, и издатели просто не смогли найти ключ к ее разгадке. Бельгийскому исследователю удалось найти этот ключ и расшифровать малую часть посланий, которых, однако, было достаточно, чтобы сделать вывод, что «Габриэль вообще не играла никакой роли в матримониальных планах Генриха» [142]. Серьезность намерений короля Франции в отношении тосканской принцессы не оставляла никаких сомнений: «уже неделю спустя после публичного обещания женитьбы на Габриэль он вел интенсив140 135. Desjardins A., éd. Négociations de la France avec la Toscane, 1311-1610. Documents recueillis par G. Canestrini. T. 6. Paris, 1886.
141 136. Bolle J. Pourquoi tuer Gabrelle d’Estrée? Paris, 1954.
142 137. Флейшгауэр В. Пурпурная линия. С. 435-436.
ные переговоры с Флоренцией относительно размеров приданого Марии Медичи» [143]. Ж. Болль, правда, все свое открытие свел к мифической идее заговора против фаворитки, которая на деле умерла от родовой горячки, и поэтому оно осталось незамеченным в историческом сообществе. Большая же часть документов по сей день так и остается неопубликованной и не разгаданной.
Для Маргариты желание короля жениться во что бы то ни стало означало только одно: Генрих IV будет добиваться развода любой ценой. Своевременная смерть Габриэль помогла ускорить этот процесс. С 17 декабря 1599 года королева Франции и Наварры превратилась в «королеву Маргариту, герцогиню де Валуа» – самый необычный и самый почетный титул, которым только награждались разведенные коронованные особы во Франции. В следующем году Мария Медичи стала новой королевой Франции. А спустя несколько лет, летом 1605 года, Маргарита прибыла в Париж по решению [229] короля, продемонстрировавшего тем самым единство королевской семьи и династическую преемственность.
Любвеобильный Генрих IV оказался в окружении двух королев, одна из которых была его настоящей, а другая бывшей женой! Наконец, очередная королевская фаворитка – Генриетта д’Антраг – довершала эту семейную идиллию. Мария Медичи сначала ревниво отнеслась к появлению Маргариты, проявляя знаки откровенного невнимания и недружелюбия, чем даже вызвала гнев и раздражение короля. Так, со слов Таллемана де Рео, «Генрих IV… навещал королеву Маргариту и всякий раз ворчал, что королева-мать [Мария Медичи] де недоста143 138. Там же. С. 436.
точно далеко вышла ей навстречу при первом посещении» [144]. Однако очень скоро положение изменилось, ибо мудрая Маргарита оказалась незаменимым советником по части организации и регламентации придворной жизни: она регулярно консультировала царствующую королеву по различным вопросам внутренней жизни дамского двора и французского двора в целом. Несомненно, возвращение королевы в столицу повлекло за собой оживление и придворных празднеств. Так, в 1609 году она лично руководила постановкой пышного королевского балета в парижском Арсенале, состоявшегося по случаю визита испанского посла, первого балета такого масштаба со времен покойного Генриха III [145].
Доверительная по характеру переписка Маргариты и Генриха в 1605-1610 годы доказывает, что их отношения восстановились полностью: королева обсуждала с ним свои имущественные проблемы, просила помочь своим друзьям и придворным, искренне радовалась появлению законных королевских отпрысков, наконец, выполняла различные поручения короля. Так, 6 сентября 1606 года в связи с распространением чумы в окрестностях Парижа Генрих IV попросил королеву Маргариту (а не Марию Медичи!) срочно вывезти дофина Людовика из Сен-Жерменского замка в безопасное место. Выполнив королевский приказ, Маргарита отписала: «Я нижайше умоляю Вас верить, Ваше Величество, что честь исполнять Ваши приказания всегда будет для меня самым большим счастьем» 144 139. Таллеман де Рео Ж. Занимательные истории. Л., 1974. С. 16.
145 140. Solnon J.-F. La cour de France. Paris, 1987. P. 193-194.
[146]. Поразительная привязанность будущего Людовика XIII к Маргарите уже тогда была общеизвестной, и король неизменно пользовался этим. [230]
