Мемуары наших грузин. Нани, Буба, Софико полностью

Когда в феврале 2011 года я оказался в гостях у экс-президента Грузии Эдуарда Шеварднадзе, то, конечно, пересказал ему, как по-доброму о его поступке отзывается Нани.

Эдуард Амвросиевич ответил, что тоже помнит ту историю. Но предпочитает говорить не о ней, а поделиться своими впечатлениями о Нани. Если, конечно, мне интересно его мнение.

Шеварднадзе предложил мне присесть. И заговорил:

– С Нани у нас были особые отношения. Я уважаю ее как женщину, как достойного представителя интеллигенции. Она – настоящая интеллигентная женщина. У нее дочь Эка прекрасная девчонка, женщина уже. Нани воспитывала ее как певица, без всяких школ. И поет она не хуже, чем мама.

Все ее песни очень любил – и грузинские, и романсы. Она одна из лучших исполнительниц русских романсов. Почти все грузинские женщины прекрасно исполняют русские романсы. Это особое произведение, проявление музыкальности, искусства. Была такая певица Тамара Церетели. Она была самым лучшей исполнительницей русских романсов. Михаил Суслов (секретарь ЦК КПСС по идеологии. – Прим. И.О .) спросил у меня как-то: «Помнишь Тамару Церетели?» – «Не очень». – «А я очень хорошо помню».

Вообще в Москве очень ценили нашу культуру. Когда назначали Геннадия Колбина вторым секретарем ЦК Грузии, его вызвали в ЦК КПСС на собеседование с Сусловым. Колбин признался: «Я прекрасно могу справиться с металлургией, с машиностроением, со всем другим. Но в грузинском искусстве не разбираюсь». На что Суслов ответил: «А это самое главное!»

Нани любил Леонид Брежнев. Помню, как он приезжал в Грузию. Тогда Василий Мжаванадзе был первым секретарем, у нас с ним были хорошие отношенние. В ресторане на фуникулере устроили застолье. И около Брежнева сидела Нани. Он называл ее: «Нони, Нони». Несколько раз пытался поцеловать, а она не разрешала.