Теперь мужчина лежал полностью обнажённый. Одна его нога была согнута в колене и подтянута к животу. Бугристые икры заводили картинку, потом всё это переходило в хороший крепкий мужской зад, сейчас зазывно оттопыренный, и венчалось размахом плеч спины-аэродрома.
«Бог, — резюмировала влюблённая. — Просто Бог».
Довольная выводом, она отвернулась и, дотянувшись до кресла рукой, сдёрнула с него платье.
Села и задумалась.
Сегодня, в воскресенье, её ждало суточное дежурство и, покидая «Джо-Мэри», очень не хотелось столкнуться с кем бы то ни было из гостей вообще. Особенно с Дарреном или Элтоном. Был нешуточный соблазн накинуть кардиган, запахнуть поглубже, подвязаться поясом Андрея из комбинезона и ускользнуть, как Синдерелла со своего бала. И даже кроссовок не оставить.
«Так нечестно», — вздохнула Тэсс и принялась напяливать платье через голову. Она приспустила плед до груди и просунула руки в прорези рукавов. Потом отпустила его совсем, он упал на талию, и девушка расправила следом одежду. Наконец плед убрала в сторону и одёрнула подол до конца. Встала и поняла, что надела задом наперёд.
Тэсс в бессилии уронила руки и плюхнулась обратно на диван. И опять оглянулась.
Андрей смотрел на неё одним глазом. Она уставилась на него своими двумя.
— Привет, — прошептала девушка, не желая будоражить мужчину громким голосом. — Доброе утро.
— Который час? — недовольным тоном и хриплым голосом курильщика после сна ответил вопросом на приветствие мистер Дексен.
«С утра всегда в плохом настроении», — вспомнила Тэсс его слова, поэтому молча взяла с кресла айфон и протянула хозяину. Тот повертел аппарат в руке и нажал на экран.
— Сейчас четыре часа, — отбросил он гаджет рядом с собой на диван. — Тебе на работу к семи, — и протянул руку к девушке.
— Ты знаешь, что мне на работу? — округлила она глаза и пугливо-осторожно вложила кончики пальцев в его ладонь.
— Иначе я бы тебе заснуть не дал, — закусив уголок губы от усердия, мужчина зацепил её пальцы своими, как крючком, и рванул на себя. Тэсс повалилась, и он перевернулся и подтянул её к себе. Девушка только лишь успела ойкнуть, как уже лежала в позиции «сверху», распростёртая вдоль всего его тела.
— Я тебя отвезу, — сжал он её попку ладонями и губами потянулся к губам.
— Мне… домой…
Наслаждаясь утренним, сладким поцелуем, Андрей немного раздвинул ей ноги сзади и дотянулся до промежности. Которая и так уже довольно болезненно саднила. Констанция чуть поморщилась.
— Что? — всполошился мужчина и приподнял голову.
— Больно, немного.
Он уставился на неё, не мигая.
— Не смотри на меня так. Это с непривычки, — повела глазами в сторону мисс Полл.
Андрей откинулся на подушку и принялся нежно гладить её по попке как котёнка, забираясь чуть выше на спинку.
— Кстати, это тот самый случай, когда размер имел значение, — добавила девушка, и в её глазах заплясали бесенята. — Это я тебе уже как гинеколог говорю.
Мужчина прищурился, вцепился в неё взглядом и держался так, пока не прошла неловкость от комплимента.
«Да! — Тэсс самодовольно улыбнулась. Она знала! Она так и знала: ни один мужчина, никогда, каким бы он ни был крутым или важным, какой бы пост не занимал, чего бы ни достиг, какой бы религии и сексуальной ориентации не придерживался, никогда не останется равнодушным к похвале его мужского достоинства. — Это сильнее их, — с неким торжеством резюмировала Тэсс. Всё-таки, найти слабости и уязвимые моменты в твоём, казалось бы, непробиваемом социопате всегда приятно. — Пригодится». — Прищурилась хитренькая девушка.
А мистер Дексен, видимо, нечто такое почувствовал, потому как поспешил передёрнуть тему.
— В этот раз я надолго уеду, Льдинка, — взял он её руки и соединил в своих. — С этим грёбаным новосельем накопилось много дел.
У Тэсс сразу же появилось резкое, непреодолимое желание заплакать.
«В принципе, ничего удивительного — лютеиновая фаза», — попробовала отвлечь себя гинекологией доктор Полл, но у неё не получилось.
Она хотела сказать, что будет скучать, что ей очень не хочется расставаться, что сдохнет тут без него от пустоты и бессмыслицы, но все слова застряли в глотке, спрессовавшись там в грубый, плотный, противный ком. Поэтому Тэсс кинулась к нему, обхватила руками за шею и сильно-пресильно сжала. Ну, это ей так показалось, что сильно.
Мужчину вдруг как накрыло. Он немного оторвал её от себя и начал грубо и нетерпеливо искать губы, а найдя, впился в них с чувством и желанием. Будто голодный. Дорвавшийся. Но тоже не долго, потому как отстранился и стал покрывать любимое личико жадными, страстными, сильными, краткими поцелуями.
— Когда тебе в Нью-Йорк на занятия? — смог он, наконец, остановиться.
— Третьего октября.
У обоих в глазах мелькнуло осознание, что в разлуке придётся пробыть что-то около двадцати дней.
— Я приеду за тобой, — заправил он ей прядь волос за ушко.
— Андрей, я летаю в Нью-Йорк уже пятый год и не по одному…
— Я приеду за тобой, — мужчина прикоснулся указательным и средним пальцами к её губкам, призывая замолчать.
