— Это чёртов китаец Ю Ань, — Андрей улыбнулся. — С ним меня познакомила Моника. Он художник, любит рисовать кошек и попросился нарисовать Придурка. Я сказал Элтону, чтобы он впустил его сюда. Уж не знаю, что он тут делал целую неделю, но потом позвонил, сказал: «Спасибо» и исчез. А через пару месяцев Моника принесла мне… его. Это её подарок.
Девушке не очень пришлась по нраву тема «всё ещё миссис Дексен», поэтому она предпочла её сменить.
— Угу. Понятно. Если у тебя спальня на первом этаже, то что тогда на втором?
— У меня нет второго этажа. Квартира одноэтажная. Там моя ванная, — указал он рукой на белую матовую дверь со стеклом. — Из коридора можно попасть ещё и в комнату для гостей.
У Тэсс уже голова шла кругом, но они опять вернулись в гостиную и прошли в противоположное крыло квартиры, которое начиналось со столовой. Там, в её углу, Андрей открыл довольно неприметную дверь, включил свет, и гостья замерла на пороге. Перед ней оказался коридор. Довольно узкий, длинный и весь белый вплоть до ощущения бункера. Но взгляд сразу же упирался в торцовую стену, на которой висела трость.
Изделие довольно традиционной формы из тёмного дерева с аппликацией золотом выглядело настолько магически, что заставило девушку ринуться к себе, притягивая словно магнитом. Констанция поспешила по коридору.
— Боже, — с благоговением остановилась она перед предметом, не решаясь прикоснуться к нему. — Какая красота. Она старинная? — прищурившись, гостья всмотрелась в трость. Дерево действительно выглядело старым или даже древним. Покрытое какими-то пятнами, мелкими чёрточками и трещинками, оно походило на лица пожилых людей, куда как на карту, как в дневник, жизнь заносит все перенесённые горести и трудности. Даже золотые накладки смотрелись довольно потёрто и как будто натружено.
— Примерно пятнадцатый-шестнадцатый век. Это клановая реликвия, — терпеливо объяснял мистер Дексен. — Дед оставил её мне, ему завещал его отец — Отто фон Дорфф. Отец Отто — Тилль фон Дорфф получил её по наследству от своего отца Ральфа и заказал аппликацию золотом. Дед Арнольд носил её к экспертам, от неё отщипнули крошку, сделали спектральный анализ и определили приблизительный возраст. Покрыли каким-то составом, сказали хранить без доступа солнечных лучей и каждые двадцать пять лет делать реставрацию.
Нотки гордости в голосе мужчины заставили девушку внутренне улыбнуться.
— А почему она у тебя, а не у Даррена?
— Такова воля деда, — пожал плечами Андрей. — Это было в завещании.
— Очень интересная вещь, — не в силах оторвать глаз от трости, покачала головой Тэсс.
Но Андрей ничего не ответил и она, почувствовав себя неуютно, очнулась, после чего повертелась вокруг своей оси.
— А здесь что? — указала подбородком на две белые двери в боковой длинной стене коридора.
— Это комнаты Элтона и сестры Джо.
Андрей показал ей комнату Джокасты с подушками под номером одиннадцать и шесть и комнату дворецкого с единственным телевизором в квартире.
Насколько поняла Тэсс, всё это одноэтажное жилище устроили по типу разрезанного поперёк апельсина с лифтом и лестницей в центре. Стены комнат расходились от него как лучи, деля площадь на неправильные треугольники с основанием в округлых стенах дома. В принципе, всё это при желании легко можно было разделить на восемь или девять однокомнатных квартир с входами от лифта.
Столовая с кухней-студией, куда гостья с хозяином вернулись опять, разместились в одном из «треугольников». «Вершину» заняла рабочая зона. Ничего лишнего, сплошная стена встроенного всего, что только можно встроить, огромная добротная, мужская такая электрическая варочная панель, сенсорный кран для воды с электронным табло температуры и «гладильная доска» барной стойки. Всё это находилось на полукруглом постаменте, закрывающемся ширмой. А у очередного округлого окна во всю стену даже не поставили, а установили или водрузили довольно аппетитно выглядящий, прямоугольный стол на толстых массивных устойчивых ножках с такими же стульями-«неваляшками» вокруг.
— Какой минимализм, — озиралась по сторонам девушка.
— Как говорит Элтон: мало иметь тоже нужно уметь. — Засучивал рукава водолазки из шерсти викуньи мужчина. — К тому же, только в пустых помещениях мне удаётся отдохнуть.
Они тогда ели отбитую и обжаренную на сильном огне телятину, сыр с плесенью и салат с оливками и португальским сладким перцем.
Немного расслабившись и привыкнув к обстановке, да и бокал вермута способствовал настроению, девушка вдруг вспомнила, что Андрей не делает совершенно никаких поползновений к сближению и опять растерялась.
«А вообще, он отличается от себя там, в Мэн. Какой-то другой. Ну, оно и понятно», — резюмировала Тэсс, но успокоить себя не получилось. Она начала ёрзать на стуле и понемногу выказывать нетерпение. Конечно же, ей хотелось не столько секса, сколько точно, доподлинно знать, что его хочет мужчина.
