С места, «включив» пятую скорость, счастливица разбежалась и кинулась любимому на шею. Он встал вместе с ней, поэтому её ноги повисли в воздухе.
Только лишь почувствовав её не очень сильные, но такие любящие руки вокруг своей шеи, Андрей вспомнил, что такое зависимость. Настоящая зависимость. Крепкая, жгучая, острая. И то, какое наслаждение он получает от очередной «дозы», только лишь подтверждало всю серьёзность его несвободы.
«Моя», — погладил он её по спине и зарылся носом в волосы.
Тэсс забралась ему в шевелюру на затылке пальцами и, почувствовав кожей его шелковистые, родные волосы, чуть не замурлыкала вслух.
«Господи! Это не похоже ни на что больше в жизни, — уткнулась ему в шею лицом и вдохнула. — А запах!»
Сигареты, улица, офис, кожа сидений новой машины, парфюм, текстиль и ОН собственной персоной. Девушка потянула ноздрями ещё раз и, спрыгнув, отстранилась.
— Больше никогда так не делай, — сказал Андрей вместо: «Привет», и Тэсс сразу поняла, о чём он.
— Буду! — широко улыбнулась она. — Ты же знаешь!
Она смотрела на него и щурилась как на солнце. Всё те же волосы, только уже хорошо отросшие; всё то же бесподобное лицо, от которого спирает дыхание и захватывает дух; всё то же выражение синих глаз с прищуром: умное, проницательное, дальновидное; всё та же ироничная, и в то же время грустная ухмылка в уголке губ — короче, всё тот же любимый Андрей. Самый лучший.
А мужчина любовался не только тем, что ОНА всё та же и даже лучше. Он опять окунулся в её искренность. От неё исходила волна бесхитростности, чего-то подлинного, неподдельного. Мужчина расслабился, обмяк и улыбнулся той самой улыбкой, за которую девяносто девять процентов жителей Голливуда убили бы.
Приподняв тремя пальцами её подбородок, медленно приблизился и принялся целовать, едва касаясь, только лишь слизывая сладость с её губок. А когда Тэсс уже повело от нежности и мягкости, ворвался ей в рот языком и впился так, что у девушки свело судорогой пальцы на ногах. Но и это длилось не долго. Андрей быстро отстранился. Констанция открыла глаза и сама ринулась к нему, кратко и крепко поцеловала и тоже отстранилась, как бы показывая, что вот теперь точно всё.
— Мы едем ко мне, — мягко и нежно прикоснулся он губами к её лбу.
— Вау! Круто! В ледяных пещерах я ещё не была, — подпрыгнула на месте Тэсс.
— Ты меня раскусила, — направился мужчина к пассажирской двери.
— А разве твоя квартира может выглядеть как-то иначе? — уже не очень уверенно предположила девушка, усаживаясь на сиденье.
— Конечно, нет, — Андрей несильно захлопнул за ней дверцу.
— Хотя, от тебя всего можно ожидать. Даже Альфа Ромео красного цвета, — погладила она пальчиками «торпеду», когда мистер Дексен занял место водителя.
— Её зовут Джульетта, — повернул он в скважине старомодный ключ зажигания.
— Подумаешь! Джульетта! У моей машины тоже есть имя. Его зовут Молния МакКуин и он тоже красного цвета.
— Давай меняться?
Тэсс от души рассмеялась. Ей понравилась шутка.
Как выяснилось, Андрей жил в восточной части Манхэттена, на углу сорок восьмой улицы и третьей авеню. Рядом со зданием ООН. Его небоскрёб оказался той самой зеркальной высоткой, подземную парковку которой соединили с метро, а на первых этажах разместили: салон красоты, тренажерный зал, пиццерию, суши бар, ресторан «Le Bernardin» и магазин продуктов «Whole Foods» — один из самых дорогих в США. Таким образом, в этом небоскрёбе можно было родиться, прожить всю жизнь и умереть, так и не выйдя на улицу. Примерно, как Тысяча-девятисотый на своём корабле в фильме «Легенда о пианисте».
В принципе, пока они поднимались с парковки на лифте вместе с каким-то пожилым джентльменом и его большим псом, похожим на Матисса, и даже когда блестящая двухсторонняя кабинка открылась справа, и парочка вышла в светлый, квадратный коридор только с одной шикарной двойной дверью, ничего необычного Тэсс не встретилось. Всё ожидаемо и, так сказать, в лучших традициях.
Но именно это-то и настораживало.
«Скорее всего, уйду я отсюда в полном шоке».
И действительно, сюрпризы начались сразу же, прямо с прихожей, которой не оказалось совсем. То есть, вообще.
Входная дверь открывалась, и гость попадал в большой просторный холл, в котором всё вокруг не было белым. Нет, белый цвет присутствовал, конечно, но не доминировал, не властвовал и не подавлял. Девушка выгнула бровку.
— У меня белый кабинет в офисе, — ответил тогда на её безмолвное недоумение Андрей. — Его так и называют: «Белый кабинет» по аналогии с Белым домом. И в отличие от президента, я всё-таки люблю возвращаться с работы домой, а не из офиса в «офис». — Показал он кавычки пальцами.
Тэсс промолчала и на это, поскольку они стояли на самом пороге, ей предстояло сделать первый шаг в его квартире, а она не привыкла ступать по не понятно чему.
