Правитель Вэнь-ван соорудил с помощью силы народной и башню, и пруд, а народ веселился и радовался этому. Он назвал эту башню дивной, назвал этот пруд тоже дивным. Народ радовался, что там были лани и олени, рыбы и черепахи. С древних времен повелось, чтоб именитые люди и простой народ радовались вместе, потому-то они и могли радоваться.
В „Клятве Тана" сказано:
„Почему все еще не оплакивают тебя, «солнце»[20] этакое?! Пусть погибну с тобой и я, [пусть даже] вместе!" (2) разве может правитель, имея башни, пруды, редких птиц и зверей, радоваться всему этому один, когда народ так желает его гибели, что даже готов погибнуть, хотя бы и вместе с ним?»
1.3. Лянский ван Хуэй воскликнул: «Уж я ли не источаю все помыслы для блага своего владения? Когда в Хэ-нэй наступает лихолетье, тогда я переселяю тамошний народ в Хэ-дун, а оттуда перевожу провиант в Хэ-нэй. Точно так я поступаю и когда в землях восточнее Реки случается лихолетье. Наблюдая же образ правления в соседних владениях, я не нахожу там правителей, которые так напрягали бы свои помыслы, как я. Почему же население в соседних владениях не уменьшается, а мое население не уве-Мэн-цзы ответил ему: «Ван, вы любите воевать, так позвольте мне привести вам в пример битву. Вот грянули барабаны, но оружие воинов скрестилось, ваши воины, побросав латы и за собой оружие, побежали. Одни остановились, пробежав сто шагов, а другие остановились, пробежав только пятьдесят шагов. Как бы вы отнеслись к тому, если пробежавшие пятьдесят шагов стали бы высмеивать тех, кто пробежал сто шагов?»
Ван ответил: «Не позволил бы! Расправился бы только с теми, кто не пробежал ста шагов, – эти ведь тоже бежали!» На это Мэн-цзы сказал:
«Ван, если вы так поняли этот пример, то не надейтесь, что у вас народу станет больше, чем в соседних владениях.
Не нарушайте сроков полевых работ, и хлеба у вас будет не под силу съесть. Не закидывайте густых сетей в пруды и водоемы, тогда рыб и черепах тоже не под силу будет съесть. Ходите в лес с топорами и секирами в надлежащее время, и древесины у вас будет не под силу извести. Когда будет не в силах съесть хлеба, рыб и черепах, когда будет не под силу извести древесину, тогда это и позволит народу не сетовать, как прокормить народившихся и как похоронить умерших. Если не будет таких сетований, тогда и наступит начало настоящего вановского пути в управлении народом.
Все усадьбы в пять му засадите тутовыми деревьями. Тогда сможете одеть в шелковые, одежды и тех, кому пятьдесят лет. В выгонах для разведения кур, поросят, собак и свиней не упускайте положенного времени для их размножения. Тогда сможете накормить мясом и тех, кому семьдесят лет. На полях в сто му не отвлекайте людей от времени полевых работ, и тогда семьи, даже со многими едоками, смогут не знать голода. С уважением отнеситесь к обучению в школах для младших и старших, распространяйте в них понимание смысла почитания родителей и братской любви, тогда те, кто с проседью, не будут больше носить за спиной и таскать на головах тяжести по дорогам. Не может быть, чтобы не был ваном такой правитель, при котором одевались бы в шелка и питались мясом даже те, кому семьдесят лет, а простой народ не голодал бы и не мерз от холода.
Кормить собак и свиней пищей для людей и не знать меры бережливости, допускать, чтоб на дорогах попадались трупы умерших от голода, и не знать, как выдавать вспомоществование; говорить, когда люди мрут: „Это не я виноват, а год такой!" – какая же во всем этом разница с тем, кто, кольнув человека острым оружием, убьет его и скажет: „Это не я виноват, а оружие"? Ван, не возводите вину на неурожайные годы. Вот тогда народы всей Поднебесной сами придут к вам».
1.4. Лянский ван Хуэй сказал:
– Я хотел бы спокойно выслушать твои поучения!
Мэн-цзы, отвечая ему, спросил: «Есть ли разница, чем убить человека: дубиной или клинком?» Тот ответил: «Никакой разницы нет!»
Мэн-цзы еще спросил: «Есть ли разница: убить клинком или образом правления?»
Тот ответил: «Нет никакой разницы».
Тогда Мэн-цзы сказал:
