– И какова же ваша версия? – Рогозин не собирался играть в вопросы-ответы, более того, женщина перестала казаться ему забавной. Он не мог понять, что ей движет: собственная придурь или злой умысел.
– Единственно правильная. Солдат приучают действовать по команде. Сначала выполнять команду, а потом уже думать. Так же и в компании. Люди привыкают действовать по указке. Привыкают подчиняться. А это гарантия управляемости. Сейчас они все в этих ушах. Даже если они ненавидят их, они подчиняются, вырабатывают в себе эту привычку.
Саша закатил глаза. Ему становилось противно.
– Чтобы компания функционировала, нужны не те, кто легко ведётся на примитивные уловки, а те, кто умеет думать своей головой. Иначе так же легко они будут вестись на манипуляции клиентов, конкурентов, поставщиков и всех прочих. Это во-первых. А во-вторых, прежде чем добиваться от людей бездумного исполнения приказов, хорошо бы убедиться, что эти приказы вообще есть и имеют смысл. И именно этого я в “ЭкзоТехе” не наблюдаю.
– А я наблюдаю, что вы идёте против указаний руководства и подаёте дурной пример. Что будет, если каждый станет поступать, как ему хочется, а не как надо? – фыркнул она.
– Это демагогия, Анжела, – начал злиться Рогозин. – Давайте думать о работе и том, что лучше для выполнения задач, а не вот всё это.
– Именно поэтому мы и организуем все эти мероприятия. Люди в них участвуют и в какой-то момент начинают верить. А это повышает лояльность к компании, – менторским тоном заключила Широухова.
– Это полная чушь, – вот здесь Сашу просто проняло. Как же часто он сталкивался с подобной глупостью! Сколько раз ему приходилось чуть ли не вколачивать в руководство такие простые и понятные, но почему-то не очевидные им вещи! – Лояльность зарабатывается не так! Чтобы люди верили своей компании, нужно их не обманывать – это основное, самое главное правило. Соблюдения трудового законодательства и вовремя выплаченной зарплаты тоже недостаточно. И все эти акции-хренакции тоже её не создают. Нужно что-то делать для своих сотрудников. Тогда и будет лояльность. Корпоративное жилье – да, работает на лояльность, хорошее питание по низким ценам – да, работает на лояльность, медицинская страховка – да, работает, уважительное отношение к потребностям сотрудников – да, работает. А вот увольнение без причины, поборы, токсичность руководства, расхождение слов и дела – нет, не работают.
– Мне кажется, вы сейчас выступаете адвокатом не той стороны, – скривила губы Анжела. – Вы же руководитель и должны защищать интересы компании!
– Именно это я и делаю, – Саша глубже вдохнул, пытаясь успокоиться.
– Вы ведёте себя не как один из директоров, а как строптивый подросток, – ей явно нравилось его отчитывать. – Вам явно не хватает опыта руководства и знаний об управлении крупными организациями. Мне трудно в двух словах изложить весь свой многолетний опыт, да и вы не хотите вдумываться в мои слова. А если не удалось объяснить, значит, будем действовать следующим образом, – Широухова выдержала паузу, явно надеясь помучить. – Я внесу в ваше личное дело один выговор – за публичное выражение презрения к ценностям компании. И одно предупреждение – за отсутствие на рабочем месте без уважительной причины более получаса. Надеюсь, это хоть немного заставит вас задуматься.
Широухова кинула на него победный взгляд, развернулась и направилась на выход. Сзади на её платье был прикреплён пушистый, похожий на заячий, хвостик, который при движении интригующе покачивался над ягодицами.
Саша зло выдохнул и вновь повернулся к парапету, уставившись вдаль. Он не сомневался, что результат встречи с Широуховой был бы именно такой, что бы он ни сказал. Однако интересно, это её инициатива? Например, месть за подружку Клину? А в том, что они дружили, он не сомневался. Или у него противник посерьёзнее? Увидел, что работа в клиентском отделе начала налаживаться и решил вывести его из игры? Пока всё, что происходило, вписывалось в рамки плохого руководства и общего головотяпства, какие он наблюдал все годы работы кризис-менеджером. Но вот эта Анжела с хвостиком как-то смущала. И хвостиком, и продуманностью подхода. Нет, совершенно точно надо разбираться и с кадрами, и со всякими непонятными должностями типа директоров по корпоративной культуре и внутренней коммуникации, что бы это ни значило.
***
После установки странного пакета остаток дня я простояла столбом в помещении техподдержки, потому что никаких задач для меня ни у Телегина, ни у кого ещё не было. Богатырей пару раз отправляли с какой-то фигнёй, а я им, видите ли, выгляжу слишком стрёмно, чтобы к людям выпускать. Дескать, решат, что у компании нет денег на современных роботов, покупают что-то, отправленное в утиль.
Милмои, я б тоже не отказалась выглядеть получше! Мне, между прочим, надо Нагибко изображать хотя бы на созвонах, а вскоре уже и вживую. Не вечно же ей в отпуске сидеть. И потом, а вдруг квартира, которую отрисовывает Скрепка за моей спиной, не похожа на Нагибкину? Кто-то из сотрудников мог и бывать у неё.
