– Чем мы можем быть полезны? – расплылся в заискивающей улыбке Мишура. Рогозин бы никогда не предположил, что этот человек может быть начальником техподдержки.
– Полезными – вряд ли. Ознакомьтесь.
Он развернул к мужчинам экран с текстом письма, открытым так, чтобы метаданных не было видно.
Мишура нахмурился в недоумении, а вот у Телегина удержать лицо не получилось. Он явно узнал своё творение, широко раскрыл глаза и дёрнул губами, но спохватился и перевёл взгляд на Рогозина.
– Что это?
– Это я вас хотел спросить, – ответил Саша, откинувшись на спинку кресла и глядя на стоящего Телегина вдоль носа. – Потому что это вы написали.
– Я?! Да вы что! С чего бы? Это какая-то ошибка!
Мишура растерянно переводил взгляд с начальника на подчинённого. Играл Телегин откровенно плохо.
– Ошибка у тебя в ДНК! – рявкнул Рогозин и встал. – Это должно было уйти в отдел закупок! Якобы от моего имени!
Саша впился взглядом в парня и воочию наблюдал, как тот бледнеет, краснеет и покрывается потом.
– Это диверсия, дейсдарь Телегин? Чем же я так вам насолил?
– Нет! Нет, никак нет! Это ошибка! Я не знаю, как это произошло! Я не виноват! Это не я!
– То есть ты хочешь сказать, что кто-то влез в твой кьюбер и так “пошутил”?
– Да! Да, именно!
– Игнат Афанасьевич, – Розга перевел взгляд на начальника техподдержки, от чего тот передернул плечами, – это у вас такая непринуждённая обстановка, что кьюберы не ставят на пароли, или это такой неквалифицированный сотрудник, что его кьюбер взламывают на раз-два?
– Я разберусь, Виссарион Мирославович! Это какая-то ошибка, но я выясню… – начал блеять Мишура.
Саша еле удержаться, чтобы не скривиться. А кто-нибудь с яйцами есть в этой компании? Где воля, где умение держать удар?
– Разберитесь, Игнат Афанасьевич, разберитесь немедленно, – зло улыбнулся он. – Такие шутки – это не просто проступок. Это показатель халатности, бесконтрольности и полного отсутствия дисциплины в отделе. Вы либо держите руку на пульсе, либо признаёте, что не справляетесь. Понимаете, о чём я? Или нужно говорить ещё жёстче?
В последнюю фразу он добавил начальственный рык, и Мишура тут же вытянулся, как на параде.
– Вас понял, прослежу! Не волнуйтесь, Виссарион Мирославович, не повторится!
Рогозин вновь посмотрел на Телегина.
– С сегодняшнего дня ты понижен до стажёра.
– Но я… – начал снова Телегин.
– Вон! – гаркнул Розга, и Мишура счёл за лучшее ухватить нерадивого сотрудника за локоть и вытащить из страшного кабинета силой.
Саша не стал садиться, подошёл к окну и упёрся лбом в прохладное стекло. Что-то тяжело ему давалось это дело, надо было Аркадию ценник повыше выставлять… Кстати об этом.
Саше казалось, что если он сам сейчас подойдёт к кьюберу, то снова увидит что-то, что заставит его всё бросить и тушить новый пожар.
Крис:
Саша глухо застонал и всё-таки развернул чёртову схему структуры компании.
Собственно генеральным директором числился Никола Ермолаев, то есть, второй акционер. Но, как Саша уже понимал, поварившись в компании какое-то время, Никола сбрасывал все свои задачи на подчинённых и вообще ни во что не вмешивался. Если Аркадий Петрович скажет ему что-то подписать, он подпишет.
Помимо него на схеме значился "управляющий общими процессами (генеральный директор)" некто Нечаев А. В. В его подчинённых ходил отдел продаж, но и тот как-то невнятно. На схеме там стояла пунктирная линия. Крис подкинула справочку-выручалочку, из которой следовало, что этот человек в основном ездит по конференциям и торгует лицом, набирая клиентов для фирмы.
Ну и наконец третьим гендиром выступал "председатель правления (генеральный директор)", заправлявший маркетингом и рекламой. Вот он-то как раз и утверждал все инициативы, связанные с имиджем компании.
Значит, именно ему Саша толкнёт идею с уву, как только Сыночкин пришлёт презентацию. Отделы в Сашином ведении показывают хорошие результаты, плюс вчера вечером логисты отчитались, что продали дорогущие круизные звездолёты, высвободив таким образом существенные средства компании, которые можно пустить на восстановление репутации. Вот с этим Саша и пойдёт к Аркадию, и пусть эта драная кошка из эйчара утрётся своим вымирающим видом.
Нормально. Жить можно. Он всех победит.
Крис:
