Какое-то время мы втроём побеседовали, обсуждая некоторые совместные воспоминания, и брат сам честно рассказал Кену о том, что случилось. Общими усилиями мы убедили Тома пообщаться с психотерапевтом. Прервала нас уже мама, пришедшая мне на смену. Она тоже удивилась, что Кен не поленился приехать, радостно стиснула парня в объятиях, а после, пока он не видел, жестом показала мне, мол «Вы что, снова вместе?», и я отрицательно покачала головой, сдвинув брови. Затем она стала причитать, обращаясь к Томасу, что он чуть ли не довёл её до инфаркта, а я и Кеннет вышли в коридор.
– Я так и не дозвонился Джиму, – поделился он.
– Хорошо, что ты не сообщил это при Томми, – с облегчением сказала я.
– Почему? – смутился парень.
– Чёрт! Кто ж за язык меня тянул… Он не уточнил, что одним из поводов такого отчаянного поведения, которое и привело в итоге сюда, стало то, что твой брат решил проверить с помощью моего наличие у себя генов гомосексуальности, –призналась я недовольно.
– Вполне в его духе, – даже не удивившись, сообщил Кен. – В смысле подобное поведение. Пару месяцев назад он мне хвастался, что умудряется крутить одновременно несколько романов и даже Энн этого не замечает. – После таких слов я только и могла стоять с открытым ртом, уставившись на Райса. – Я вообще собирался наведаться к нему после того, как побываю в больнице.
– Могу я присоединиться? Хочу посмотреть в его наглые глаза и высказать всё, что думаю.
– Буду рад твоему обществу, – улыбнулся Кен.
– Ты на машине? – уточнила я.
– Нет.
– Отлично, значит, я отвезу нас.
Кеннет кивнул и, заглянув в палату, попрощался с моей мамой и Томом, пообещав зайти ещё завтра перед отъездом обратно, и мы направились на выход.
– Так ты теперь с Фитли? – поинтересовался Кен, когда мы уже выехали с парковки госпиталя.
– Ну, да. Полагаю, вопрос был риторический. Вы знакомы разве?
– Нет, но я о нём наслышан. О его репутации, точнее.
– Какой репутации? – Я, конечно, знала, что Эван на примерного мальчика не тянет, но невольно было любопытно, какую точку зрения выразит Кен.
– Он был одним из главных раздолбаев Лейборна же. Прогулы, драки, курение на территории школы. Все удивлялись, как он умудрился избежать отчисления и доучиться вместе со всеми.
– Я особо его не знала, когда он учился в Лейборне, – сказала честно я, пожав одним плечом. По сути, ничего нового я не услышала, но на того Эвана, каким я видела его с тех пор, как начались наши отношения, это тоже не тянуло.
– Если он образумился, тем лучше. Только буду рад за тебя. При условии, конечно, что ты с ним счастлива.
– Я счастлива, спасибо, Кен, – улыбнулась я и мельком взглянула на парня. Лицо его, как ни странно, выглядело не очень довольным, однако не было сомнений, что он действительно беспокоится.
Мы уже доехали до дома, где снимал квартиру Джеймс, поднялись к нужной двери, но никто не открыл. Его невесты тоже, похоже, не оказалось дома. Кен предположил, что брат мог бы быть ещё у главы семейства Райсов, и мы отправились туда.
– Могу я у тебя тоже спросить? – спросила я.
– М?
– Что у вас с Эбби?
– С кем? – опешил Кеннет.
– Моя однокурсница Эбигейл Чепмен. Которая пытается внешне под меня косить. Я видела вас вместе в твоей комнате на новогодней вечеринке. Случайно застукала, точнее.
– А-а-а, – протянул Кеннет, вспомнив. – Я увидел, что ты пришла в компании Макдэниэла, и подумал, что ты теперь с ним и точно ко мне не вернёшься. Разозлился и сам себе захотел доказать, что без тебя спокойно обойдусь, а Эбигейл крутилась возле меня весь вечер, вот я и воспользовался ситуацией. Тем более она сохла по мне ещё со школы.
– Ты не в курсе, но она сначала пыталась набиться мне в подруги в университете, потом совершила попытку меня покалечить, а пару недель назад прилюдно хотела унизить, используя измену моего отца.
– Что? Твой отец изменил твоей маме?
– Ага, они, вероятнее всего, разводятся.
– Неожиданно, – с досадой отозвался Кеннет.
– Да, долгая и не самая приятная история. Но ты определённо не лучшую кандидатуру для самоутверждения выбрал.
– Там просто такая ситуация ещё в связи с ней произошла перед выпускным классом…
– Какая ситуация? – напряглась я.
– Ну, помнишь, была вечеринка, на которую ты не пошла, потому что плохо себя чувствовала? Алкоголя почти не было, поэтому все пытались веселиться как-то по-другому. Когда мы играли в «Правду или действие» и у меня неизбежно пал выбор на действие, мне загадали поцеловать самую страшную девушку в комнате. Все до этого выполняли свои задания, поэтому мне неудобно было отказываться, ну и я выбрал Эбигейл.
Я от изумления слишком резко вдавила педаль тормоза, и позади меня стали доноситься недовольные гудки автомобилистов.
