Армия наёмников побежала. Далеко преследовать их никто не стал. Армия горцев отошла на исходные позиции, и даже позволила забрать убитых и раненных. Наёмники попытались просочиться в долину ночью, обойти по краю долины армию горцев и зайти им в тыл. Только вот своеобразный образ жизни горцев за многие поколения выработал в их организмах повышенное ночное зрение. Так что они видели врагов в темноте лучше, чем те горцев, и сумели пресечь и эту попытку. А на рассвете, уже наоборот, горцы сами приблизились к вражескому лагерю. Командиры наёмников попытались спешно построить своё войско, но выстроившиеся фаланги и пехота горцев вдруг опустились на колено, а стоявшие за ними лучники осыпала пытающуюся построиться армию наёмников тучей стрел. С такого расстояния стрелы пробивали лёгкие доспехи, и потери во вражеской армии были очень большие. И вражеская армия просто разбежалась в разные стороны, наплевав на приказы командиров, на неполученную оплату. Зачем мертвецу деньги?
В этот момент с правого фланга выскочил небольшой отряд лёгкой конницы горцев. С криками «Хар-ра!» этот отряд пронёсся по лагерю разбежавшейся армии, и пленил главнокомандующего и трёх гражданских, что были в командирском шатре.
Теперь я сижу и думаю, а что же с ними делать. И вот у меня возникла очень мудрая мысль: «Надо делегировать полномочия!» Проще говоря, переложит эту задачу на других. Среди наших командиров десять гномов из мира князя, но уже сформировался отряд командиров из местных. Вот их я и собрал. Гномы тоже здесь, а ещё губернатор и несколько членов Совета старейшин.
– Прошу внимания! Нам нужно решить, что делать с попавшими в плен врагами? Это однозначно враги. Есть причина, почему я не могу решать их судьбу. Уничтожить их магией – это очень просто, только пепел разлетится по траве, если вы решите, что так надо сделать, я это сделаю. Если нужна показательная казнь, то это не ко мне, ни вешать, ни голову топором рубить я не умею. Но, опять-таки, я не знаю правильного решения, потому, что я ни разу не участвовал в войнах этого мира. Нужно ли этих разумных считать военнопленными, или приравнивать их нападение к бандитизму и относится к ним как к бандитам. Может быть, нужно потребовать с них выкуп, и не обязательно деньгами? Выкупаться должен каждый сам, или за них кто-то должен поручиться? Как это делается обычно, знает кто-нибудь?
На мою неосторожную фразу «в войнах этого мира» старейшины переглянулись, но ничего не сказали. Вот ведь, явно догадываются, что я «иномирянин», и всё равно пытаются меня поставить самым главным.
Знаете, что сделали эти гады? А вот, как ты решишь, так и будет!
Начинаю беседовать с этими пленными. Командующий, это обычный наёмник, вояка, ничего собой не представляющий в политическом плане. Сказал, что может выплатить в качестве выкупа триста пятьдесят тысяч золотых. Если больше, то у него нет, можете тогда отрубить голову.
А трое гражданских, это такие мрази! Как они юлили, как изворачивались! Денег то у них нет, убивать то их нельзя. В конце концов, выяснил, что один из них маркиз, личный порученец короля, а король спившийся развратник, и маркизу полностью доверяет. Если надо, он половину королевской казны вынесет, и нам передаст.
– А сколько там денег, в казне короля?
– Не меньше десяти тысяч золотом, драгоценностями.
– Да у тебя у самого в тайниках раза в три больше!
– А может быть, вы хотите меня на кого-нибудь обменять? – уходит от разговора о денежном выкупе.
– И на кого же можно тебя обменять?
– Да там у нас много кто сидит…
– Давай перечисляй, мне пока имена не важны. Говори, кто он, по сути, за что сидит, как давно сидит, можно ли его выменять на кого-то из вас?
– Есть три очень важных пленника, все три сидят давно, и их даже не контролируют, их вывести легче всего. Это бывший король, его близкий друг, архимаг, но с ним что-то сделали, и он не может вырваться из темницы. И ещё один маг, он вроде бы с острова, но его сами островные и посадили.
– А ещё кто там есть?
Он назвал ещё человек десять, но для меня они интереса не представляли. Кроме того, там были сложности с освобождением некоторых из них, так как это были личные недруги короля, и он иногда ходил в тюрьму поиздеваться над ними. Я достал аптечку из капсулы, на которой меня забросили в этот мир. Достал препарат, который делал сильное обезболивание с потерей чувствительности, как говорят стоматологи «заморозку». Это был шприц- тюбик. Я сделал укол этому «другу короля» в щёку, и продолжил расспросы. Через три минуты он начал проявлять сильное беспокойство.
– Я наложил на тебя порчу, потому, что я тебе не доверяю. Вот сейчас у тебя отнимется часть лица. Потом часа через три это пройдёт, но зараза будет сидеть в твоём теле. Через две недели, нужно ввести вот это, – я показал ему ещё один шприц-тюбик.
