Тут я совершил ошибку. Я задействовал все свои хитрости: разблокировал накопитель, запитал от него руну Разглушка, запустил действие руны и побежал вперёд с этими амулетами. Насколько я понял, я преодолел довольно большой кусок пространства, прежде чем вокруг посерело. А почему могло посереть? Потому, что день и ночь для меня стали меняться настолько быстро, что глаза не успевают это фиксировать. Ошибка была в том, что у меня следующие накопитель и руна не подготовлены, и я сейчас, почти, как и Гудвин, завис в этом временном болоте. Просто я пока дальше от Замедлителя времени, и моё зависание не так критично, но чем ближе я подойду к Гудвину, тем критичнее это будет. Сколько времени прошло во внешнем мире, пока я запустил следующую руну с новым накопителем, я не знаю, но теперь я ограничил пространство вокруг себя до полуметра, сам сел на землю, чтобы уменьшить свою высоту, и начал готовить связки; кристалл накопителя, руна снятия блокировки с накопителя. Руну Разглушка наносил непосредственно на кристалл накопителя. Осталось её задействовать. Ещё я прикрутил к двум стрелам такие накопители, возможно, мне понадобится отключить замедление в стороне от меня, пошлю туда стрелу.
Я готов. Запускаю очередную руну, и бегу к Гудвину, постоянно контролируя разряд накопителя. Когда он почти разрядился, я запитал руну на следующем накопители и продолжил бежать. На третьем накопителе я добежал до Гудвина.
– Гудвин, объяснять некогда, сейчас побежим назад, приготовься, все вопросы потом.
Запитал руну на очередном накопителе, и побежал к киборгу, остановился в пяти шагах от него и выпустил ему в голову полмагазина из винтовки, только вот беда, пули вылетев из ствола, через полметра зависли в воздухе. Снимаю лук, запускаю руну на стреле, и пускаю её в лицо киборга. Сам задействую следующую руну с накопителем и бросаюсь вперёд.
Что произошло за это время? Стрела летела с руной и накопителем, то есть вокруг неё время было не замедленное, поэтому, когда стрела проходило то пространство, где «зависли» пули из винтовки, они тоже устремились вперёд. Я не взялся бы разъяснять и описывать это всё в точности, с диаграммами или графиками. Тут моё инженерное образование бессильно, только воображение позволяет как-то примириться с тем, что происходит вокруг меня. Для меня в данный момент важен результат: десять винтовочных пуль калибра семь целых шестьдесят две сотых миллиметра вошли в лицо киборга, превратив само лицо и мозги, этого чудовища в кашу. А следом подбегаю я, сильно возбуждённый и страшно злой, и вкладываю всю свою силу в удар меча. Голова киборга отделяется от его туловища, я подхватываю это туловище и подтаскиваю к Замедлителю времени. Запускаю следующую Разглушку, и сильно торопясь, извлекаю из рюкзака взрывчатку. Укладываю пластид под бок кристалла, придвигаю тело киборга тем местом, где была голова, вплотную к взрывчатке, втыкаю пару радиоуправляемых взрывателей в кусок пластида, но мне этого мало. Как Замедлитель времени повлияет на радиоволны? Дойдут ли они до адресата, воспримет ли аппаратура взрывателя радиосигнал в условиях замедленного времени?
Нет возможности ставить какие-то эксперименты, поэтому я достаю гранату, сначала задействую очередную руну Разглушку, потом кладу гранату на пластид, даже вдавливаю её во взрывчатку. Как только я убрал руку, спусковой рычаг выскочил из гранаты, и пошло время отсчёта. Через три или четыре секунды взрыв. Я бросаюсь в обратную сторону. Пока я отошёл на такое расстояние, когда мой амулет, снимающий замедление времени, перестал оказывать влияние на область пространства, где находится граната, прошла, я думаю пара секунд. И сейчас для гранаты достаточно, чтобы прошла одна или две секунды, когда сработает запал, и граната взорвётся. Что произойдёт дальше, как сработает пластид в условиях замедленного времени, я не знаю. Но раздумывать мне совершенно некогда, я бегу к Гудвину. Подбежав задействую следующую заготовку с накопителем и руной разблокировки магии и времени, как оказалось.
– Бежим, – хватаю его за руку и тяну.
Он пытается сопротивляться, хотя и побежал за мной, но ещё и вопросы задаёт.
Обрушиваю на него волну русского мата, вперемежку со словами «быстрей», «не мешай», «всё потом». Хватило четырёх заготовок, и мы вырвались на территорию, где свет не мигал, облака на небе двигались с привычной скоростью, и даже ветерок был.
– Гудвин, милый, я ожидаю очень сильный взрыв! Давай отойдём подальше, спрячемся за какой-нибудь скалистый выступ, и я тебе всё расскажу.
Моя предыдущая речь, произнесённая, в основном, в виде ненормативной лексики, видимо, убедила волшебника в серьёзности ситуации, и он молча выполнил мои требования. Когда мы залегли за каменным гребнем, я сказал:
