Меня с тобой связал Баку...(СИ) полностью

— Конечно, — улыбнулась та, — Пойдемте.

Уже с порога в медицинский кабинет чувствуется запах спирта и препаратов, что напомнило мне мои дни, проведенные в больнице на химиотерапии. Кертис уложила маму на койку. Мама зажмурилась от боли, как только я попыталась раскрыть повязку. Доктор, то есть Халид, так его зовут, сме­рил рану мамы вни­матель­ным взгля­дом.

— Мне все ясно, — говорит он, снимая свои очки, — Температура 38.9. Рана инфекцию не подхватила, это хорошо, но крови она потеряла предостаточно. Нужна кровь.

— Возьмите у меня! Я ее дочь, — поддалась я вперед.

— Зара, твоя кровь не подойдет. Ты же вампир, — говорит Амир. У меня как будто онемели нервные конечности, но он прав, моя кровь не подойдет.

— Точно… — с несчастным видом сказала я.

— Как вас зовут? — спросил доктор у мамы.

— Эмма, — хрипло произнесла она, тяжело дыша.

— Хорошо, Эмма. Помогите нам, подскажите вашу группу крови, если знаете.

— Первая отрицательная.

— Редкая, — уточнил доктор и надел очки, — Ничего, найдем… А вы, молодые люди, пока посидите в коридоре. Как операция закончится, сообщу.

Как же лю­ди лю­бят ис­че­зать. Осо­бен­но в тот мо­мент, ког­да ты к нему уже при­вязал­ась. Но боль­нее, ког­да ты уже счи­та­ешь, что все вро­де бы дол­жно на­ладить­ся, а тут как буд­то вся жизнь об­ры­ва­ет­ся од­ним лишь исчезновением. Я впервые чувствую себя настолько измотанной. Я думала, что смогу справиться, думала, что прошло достаточно времени, но черт тебя подери, я никак не могу перестать винить себя в смерти первой матери! И если доктор Халид выйдет и скажет, что моя вторая мать мертва, я просто не выдержу.

Казалось, что если я вампир, значит я железная, с железными нервами, с огромной силой, но из-за обостренных чувств все это я переживаю вдвойне. Это больно и эта боль на сердце ос­тавля­ет боль­шой шрам. Это как уми­рать каж­дый день.

От всех этих дурных мыслей меня бросило в жар.

— Не­нави­жу! — По небольшому коридору раздался гром­кий крик, — Я им всем отом­щу! Я сделаю их жизнь адом! — Зло­вещие сло­ва, ко­торые я произнесла, стояли у меня как ком в горле. Я думала, что если выдавлю их из себя, то мне станет легче, но оказалось совсем не так. Я чувствовала, как мое сердце бьется сильнее от одной лишь мысли о том, что моя мама, которую я только нашла, может умереть.

Каких-то десять мет­ров и ду­шераз­ди­ра­ющая ти­шина раз­де­ляют нас. Она там борется за жизнь, а я просто стою и жду. Вре­мя шло му­читель­но мед­ленно и без­мол­вно по­еда­я ме­ня.

Наконец-то доктор Халид вышел:

— Как она? — сощурив гла­за спро­сила я.

— Операция прошла легко и очень успешно. И кровь нашлась, — улыбнулся доктор Халид, — Эту неделю ей советую провести здесь. А дальше посмотрим, — добавил он.

Я облегченно выдохнула, поблагодарив Бога за то, что подарил ей еще один шанс на жизнь. На мою та­лию лег­ли ру­ки брюнета. Всей ко­жей ощу­щаю на сво­ей шее его ды­хание, от чего мне становится более спокойней.

На часах половина третьего ночи. Я тупо ис­сле­довала по­толок бес­по­кой­ным взгля­дом, му­чая се­бя тем, что хо­тела провести эту ночь рядом с мамой, но Амир и доктор Халид отправили меня домой. Хоть и все обошлось, но меня не покидало чувство страха.

Спать не хочется совсем, мысли о маме, да о случившемся за эти несколько дней не дают мне покоя, поэтому я решила занять себя уборкой шкафа. Все равно ведь не усну, а так сделаю хоть что-то полезное.

В ле­вом уг­лу сто­ял шкаф, я не спе­ша по­дош­ла к не­му и от­кры­ла. Внутри левой части были три коробки больших размеров, которые я привезла с собой при переезде из прошлого дома. Достав одну из них, я аккуратно положила его на кровать. Внутри коробки лежат несколько маленьких разноцветных коробочек, некоторые ее детские фотографии и небольшая коричневая шкатулка. Взяв в руки его, я попыталась открыть, но он закрыт на ключ. Я внимательно осмотрела коробку, к счастью, ключи не затерялись. С помощью ключа я открыла шкатулку. В нем лежала только серебряная цепочка с подвеской в виде флакона. И этот флакон не пустой, в нем какая синяя жидкость. Не помню, чтобы у мамы была такая бижутерия.

— Может это духи? — произнесла я вслух свою догадку.

Я поднесла флакончик к носу, но запаха никакого не почувствовала. Значит, это не духи. Тогда что? Вода с добавкой красителя? Или же… лекарство…

— Да нет, ерун­да! Зачем маме прятать лекарство? Да и откуда оно у нее? — выс­ка­зал­ась я, но за­тем меня осе­нило: это ведь и вправду мо­жет оказаться ле­карс­тво! Надо посоветоваться с Амиром.

С первыми лучами солнца я встала и поспешила навестить маму:

— Да­вайте еще раз за­мерим­ся.

Доктор Халид взял с тум­бочки гра­дус­ник. Я не дви­галась и мол­ча­ла, ис­подлобья наб­лю­дая за ним. Через некоторое время при­бор по­дал сиг­нал, при взгля­де на ма­лень­кий эк­ран градусника мужчина заулыбался.

— Уже луч­ше. Жар спал, те­перь бу­дем ле­чить­ся. И для на­чала этим.