«Мир прекрасен!» — сказала Горилла, когда мы сидели в ресторане. Но она ошибалась.
На следующий день после ужина в ресторане мы сидели дома, дождь барабанил по крыше. Горилла читала книгу, купленную в «Букинисте», — «Приключения Оливера Твиста». Она её уже читала, но ей так понравилось — хоть ещё сотню раз перечитывай. Никто не любил книги так, как она. Однажды я решила посчитать, сколько книг у нас в доме, — просто из любопытства. Горилла тем временем стояла рядом и утверждала, что не более пятисот. Представляете, как она удивилась, когда я насчитала три тысячи сто две штуки!
Я сидела у Гориллы в кровати и листала книгу о знаменитых гонщиках, которую я нашла, пока пересчитывала книги. Поскольку я сама училась водить, мне хотелось узнать о тонкостях этого дела от самих мастеров.
Время от времени Горилла поглядывала на меня.
— Тебе надо обязательно прочитать эту книгу, — сказала она. — Там есть такие моменты! Вот, посмотри.
Она протянула мне «Оливера Твиста» и ткнула чёрным пальцем в какое-то слово.
— Ты только взгляни, — сказала она. — Здесь написано по-старому: «безпечность». Правда интересно? Сейчас пишут иначе: «беспечность».
Странно: она обратила внимание именно на это слово — и буквально через несколько секунд нашей собственной беспечности пришёл конец. Начались долгие злоключения.
В дверь постучали. Отложив книгу, Горилла удивлённо спросила:
— Кто бы это мог быть? Сегодня же воскресенье.
Не успела она подойти к двери, как постучали опять, теперь уже громче.
— Открываю! — крикнула Горилла, поворачивая ключ. — Вы мне дырку в двери пробьёте.
У меня неприятно засосало под ложечкой: на крыльце стоял Турд, он всё-таки вернулся.
Он был мокрый, как губка, которую только что достали из воды. Поля коричневой шляпы поникли.
— Может, пустишь меня на порог? — поинтересовался он, пытаясь перекричать дождь.
Горилла подбоченилась.
— Даже не знаю! — крикнула она в ответ. — Мог бы оставить меня в покое хотя бы в выходные.
— Ох, — Турд ввалился в дом. Он снял шляпу и встряхнул её. Капли воды долетели до раскалённой печи и зашипели. Турд откинул со лба слипшиеся волосы. Увидев меня, он улыбнулся.
— Привет! — поздоровался он. Его серые глаза были плоскими и застывшими, как у мёртвой рыбы.
Горилла загородила меня грудью.
— Тебе сказали, оставь её в покое, — грозно скомандовала она.
Я схватила большую попону, которой Горилла накрывалась ночью, спряталась под ней и наблюдала за ними сквозь дырку.
Турд сделал несколько шагов по комнате. Положив шляпу на табуретку, он осмотрелся: горы книг, немытая посуда на полу, разбитые окна.
— Вот, значит, как ты живёшь. Замечательно, — сказал он, хотя голос его выражал обратное.
Горилла подошла к нему и крепко взяла за локоть.
— До чего ж ты мне надоел! — взревела она, потащив его к двери. — Убирайся и больше не приходи!
Но Турд вырвался.
— Пусти! — прошипел он. — Я скажу тебе кое-что интересное.
Он посмотрел в мою сторону.
— Я побывал в приюте «Лютик».
Я вздрогнула. Горилла немного присмирела.
— Да что ты говоришь, — сухо сказала она.
Турд кивнул.
— Именно. В качестве председателя управы я иногда провожу инспекцию детских домов нашего округа. Вот я и оказался в «Лютике». Похоже, и ты там побывала.
Горилла нервно сглотнула.
— Я всё оформила по правилам, — сказала она. — Все документы подписаны заведующей.
Турд улыбнулся.
— Ну, знаешь ли, усыновление — дело тонкое. Приют не может избавиться от ребёнка за пятнадцать минут и отдать его кому угодно. Увидев у тебя девочку, я призадумался. — Турд стал ходить по комнате взад-вперёд. — Но после того как я побывал в «Лютике», всё встало на свои места. При упоминании ваших имён заведующая так разволновалась, что сразу выложила мне всю правду. Дело в том, что приют был переполнен, а за это можно получить выговор. Ты побывала там в тот день, когда им пришло письмо о предстоящей проверке. И заведующая обрадовалась возможности избавиться от одного ребёнка, хотя и понимала, что совершает ошибку.
Он покачал головой.
— Такие, как ты, не в состоянии позаботиться о ребёнке надлежащим образом.
Горилла перепугалась не на шутку.
— Вы-вы-вы ничего не сможете сделать, — сказала она. — У меня есть документ с по-по-подписью заведующей.
— Подпись можно аннулировать, — пообещал Турд.
У меня в груди всё сжалось от ужаса.
— Нет! — крикнула я, подбежала к Горилле и обняла её за ногу.
Она погладила меня по голове. К ней вернулось самообладание.
— Ну-ну-ну, всё в порядке, — повторяла она.
Турд вытянул губы трубочкой.
— Завтра в три часа дня вас посетит проверочный комитет, — сказал он. — Комитет произведёт осмотр помещения и примет решение о том, возвращать девочку в приют или оставить здесь.
Горилла вперилась в него взглядом.
— Из кого же состоит этот комитет, позвольте спросить?
Турд пожал плечами.
— Ты никого не знаешь. Разумеется, кроме меня.
Горилла кивнула.
— Ты серьёзно?
— Ага, — ответил Турд.
Он посмотрел на неё долгим взглядом.
— Ну что, подумаешь?
— О чём мне думать? — спросила Горилла, ощерившись так, что во рту блеснули клыки.
