огромный член. Я бы действовала.
Я: Господи, Винни, он не кусок мяса. Он человек, и у него есть чувства.
Я: К тому же, я не могу им интересоваться. Он мой босс.
Винни: Ты работаешь на него!
Черт. Я не обратила внимания на то, что написала ей, и поздно поняла, что
рассказала то, что пока не планировала говорить.
Я: А, я разве не говорила? Я его личный ассистент.
Винни: Ага, ты ассистент, а это значит, ты работаешь рядом с ним и наверняка
видела его божественный член.
Я больше, чем просто видела его; я трогала его. Я представляла, как сосу и лижу его, пока
он не кончит мне в рот… и я бы проглотила все до единой капли.
Я: Да, видела. Ничего особенного.
Винни: НИЧЕГО ОСОБЕННОГО??? ТЫ НЕНОРМАЛЬНАЯ.
Пока я читала последнее сообщение, Джаред зашел в комнату с пиццей, упаковкой
пива и “Декстером” на DVD. Должно быть, мы переписывались дольше, чем я ожидала, так как пицца была уже здесь.
— Готова начать? — спросил он меня, переводя взгляд на телефон в моих руках.
— Ага, подожди секундочку. Мне нужно отправить еще одно сообщение.
Я: Должна идти. Пицца приехала.
Я нажала «Отправить» и выключила телефон. Я знала, что такой ответ не
удовлетворит Винни и, вероятно, когда я включу телефон, там будет пять-шесть
сообщений от нее.
Мы удобно расположились на кровати, Джаред поставил DVD и нажал на
воспроизведение первой серии. Он открыл коробку с сырной пиццей, и мы ели ее прямо
оттуда. Сама бы я наверняка так не сделала, но Джареду, видимо, нравилось есть именно
так.
Мы периодически обсуждали то, что происходило на экране, и смеялись над
некоторыми эпизодами, и по большому счету я наслаждалась сериалом. К концу третьей
серии и пицца и пиво закончились.
Мы сидели на кровати, облокотившись на серебряный подголовник и вытянув
вперед ноги. Мой живот был так набит, что мне казалось я могу извергнуть из себя всю
съеденную еду и пиво. Вероятно, мне стоило быть более скромной, но Джареду, видимо, и
так нравился мой аппетит.
— Ты, вероятно, единственная женщина в этом городе, которая по-настоящему
знает, как есть хорошую пищу, — сказал он, когда я ела свой третий кусок пиццы.
Теперь я сомневалась, была ли пицца хорошей идеей.
— С кем ты переписывалась? — спросил Джаред, повернув голову в мою сторону.
Я развернулась к нему, когда он поставил на паузу четвертую серию.
— С сестрой. Я собираюсь созвониться с ней завтра.
— Ты скучаешь по ней?
— Скучаю. Мы с ней очень близки, и она одна из немногих людей, по кому я
скучаю.
— Так ты не хочешь вернуться в Мичиган? — Он выглядел практически
взволнованным. Я не могла точно сказать, волновался ли он из-за того, останусь я здесь
или нет.
— Полагаю, что я стесняю тебя, живя здесь. — Я хотела, чтобы он знал, что я
действительно понимаю, как это замечательно, что он разрешил мне остановиться здесь.
Джаред подтолкнул меня в плечо, возвращая мое внимание к себе.
— Я скажу это в последний раз, и больше мы не вернемся к этой теме. Я хочу, чтобы ты была здесь, если б я этого не хотел, то уже давно вышвырнул отсюда.
Я улыбнулась и толкнула его в ответ.
— Спасибо, Джаред.
— Спорю, она не слишком счастлива от того, что ты живешь вместе с абсолютно
неизвестным мужчиной.
— Смеешься? Я удивлена, что еще не обнаружила ее на твоем пороге. Она твоя
большая фанатка. Пока я жила своей наивной, невинной жизнью, моя сестра и тетя были
огромными фанатками Брендона Бонера.
— Да, но ведь я не Брендон, я Джаред. — Это был первый раз, когда я увидела, что
Джаред, вероятно, сожалеет о существовании Брендона Бонера.
— Я знаю это. Я никогда не звала тебя Брендоном, только если мы не на работе. Ты
для меня Джаред. Милый, привлекательный парень, который позволил остаться с ним, пока я собираю свою жизнь по кусочкам.
— Привлекательный?
— Ты и так это знаешь, — сказала я, вытащив подушку из-за спины и ударив ею
его по груди.
— Хочешь играть по-грязному, — схватив свою подушку, на которой он лежал, и
приготовился ударить меня. — Я тоже буду играть по-грязному.
Я замахнулась подушкой, чтобы снова ударить его, но прежде, чем я смогла
нанести удар, он навалился на меня, опрокинув спиной на матрас. Именно тогда он ударил
меня подушкой. Удар был слабым, потому что я знала, что он не сможет ударить сильно.
Когда он замахнулся во второй раз, я положила свои руки на его бока и начала щекотать, не уверенная, сработает ли это. Мне повезло, Джаред сильно боялся щекотки. Он начал
смеяться и бросил подушку практически сразу, как только я прикоснулась к его
рельефному животу.
Я не прекращала щекотать его, надеясь найти способ выбраться из кровати. Джаред
развернулся, схватил мои руки и завел их за спину. Он прижал меня животом к кровати и
лег сверху. Его тело опять прикоснулось к моей спине, и я почувствовала его руку на
моем боку.
— Это было нечестно, Билли. Я люблю играть по-грязному, но ты зашла слишком
далеко, — иронично сказал он. Его рука продолжала блуждать по мне и начала опускаться
